Ведьма для изумрудного дракона - Лана Бель Страница 67

Глава 21

Глава 21

Ра’карн наконец увидел горные пики.

Они поднимались из тумана медленно и неотвратимо, как клыки древнего зверя, вросшие в небо. Камень был темным, почти черным, с прожилками охры и меди, словно сама гора хранила в себе застывший огонь. Ни следа снега — только голая мощь скал, отполированных ветрами и временем.

Он сделал широкий круг, рассекая воздух тяжелыми взмахами крыльев, и начал снижаться.

Площадка открылась между уступами — ровная, вырубленная вручную, рассчитанная на вес и размах дракона. Под когтями отозвался камень. Это место помнило сотни таких приземлений.

Перед ним возвышались врата, высеченные прямо в теле горы. Величественные стены поднимались вверх, сливаясь со скалой, так что невозможно было понять, где заканчивается архитектура и начинается сама гора. Огромная арка врат была достаточно широкой и высокой, чтобы дракон прошел внутрь, не складывая крылья. По камню тянулись древние рельефы: переплетенные крылья, клыки, знаки родов, спирали силы. Они слабо мерцали, узнавая его.

Ра’карн опустился окончательно, сложил крылья и сделал несколько шагов вперед. Камень под лапами был теплым, напитанным магией и дыханием глубин.

Но врата оставались закрыты.

В Драконьий город не входили просто так. Портал для перехода в истинной форме требовал активации.

Ра’карн остановился точно в центре круга, высеченного в камне перед вратами. Он расправил шею, медленно втянул воздух и выдохнул низкий, вибрирующий рык — не звук, а ключ. Магия отозвалась сразу: линии на земле загорелись тусклым янтарным светом, символы начали двигаться, словно живые.

Он опустил когти на камень и пропустил через них силу — древнюю, родовую, ту, что передавалась не словами, а кровью и памятью. Камень дрогнул. В глубине горы что-то ответило.

Рельефы на вратах вспыхнули, свет побежал по прожилкам, и воздух перед аркой пошел рябью, открывая переход — не дверь, а разлом, ведущий внутрь Драконьего города.

Ра’карн шагнул вперед.

За его спиной медленно сомкнулись врата.

Каменные створки, вырезанные прямо в теле горы, сошлись почти бесшумно, лишь низкий гул прошелся по скалам, казалось сама земля делала глубокий вдох. Магический свет, что еще мгновение назад струился по резным символам, погас. Камень потемнел, утратил движение — и гора вновь стала безмолвной и неподвижной, ничем не выдавая спрятанный в ее сердце путь.

Внутри начинался переход.

Огромный тоннель уходил вглубь, слишком ровный и правильный, чтобы быть просто пещерой. Его стены переливались приглушенным светом, исходящим из самой породы. Древняя магия, старая, как первые драконы, текла здесь слоями, плотная и живая. Воздух был густым, наполненным силой, от которой вибрировали кости и отзывались крылья.

Ра’карн расправил их полностью.

Тьма сомкнулась вокруг, но для него она не имела значения. Он видел каждый изгиб тоннеля, чувствовал течение пространства, словно плыл по руслу невидимой реки. Полет длился несколько минут — или вечность, — здесь время вело себя иначе. Мысли путались, отступали, оставляя лишь цель и ощущение полета.

И затем впереди появился свет.

Сначала — тонкая полоска, почти призрачная. Потом она разлилась шире, стала ослепительной, живой. Воздух изменился, стал легче, солонее, наполненным ветром.