Светлейший князь - Роман Злотников Страница 73

— Хорошо.

— Что по деньгам?

— Ну, броненосцы выходят заметно дороже, чем планировали, – где-то по полтора миллиона[38]… – Николай криво хмыкнул. Ну да – стоимость одного парового винтового фрегата типа «Соломбала», основы русского флота в настоящее время, удалось снизить до чуть более трёхсот тысяч рублей, а тут на тебе – полтора миллиона. В пять раз больше!

— …но это только первых образцов. На следующие цена будет падать. Что же касается… – Но в этот момент в дверь кабинета императора громко постучали, а потом в приоткрытую дверь просунулась голова императорского адъютанта.

— Что такое?!

— Ваше Величество, срочная телеграмма из Тифлиса.

— Давай! – Адъютант проскользнул внутрь, неся на вытянутой руке бланк телеграммы. Николай нервно выхватил его и быстро пробежал глазами. После чего грязно выругался и, подняв взгляд на князя, зло прорычал:

— Вот как знал – … лять! Хаджиреты[39] снова восстали…

2

— Держи! Вот кулёма криворукий… – Остап Парубий, бывший боцманмат его императорского величества линейного корабля второго ранга «Иезекииль», не сдержался и со всей дури засветил по уху матросу второй статьи Мирону Кухарчику, не сумевшему удержать ременную петлю со своей стороны, отчего тяжеленный «морской дрын» – длинная узкая лодка с начинкой из динамита – ощутимо стукнулся о древесный ствол.

— Всех под монастырь подведёшь, бестолочь! Тут же три пуда динамиту в носу… ежели рванёт – ни от кого ни клочка малого не останется.

— Виноватый, – раскаянно прохрипел тот. – Руки уже дрожать! Четвёртый «дрын» волокём, чать…

— Так все четвёртый волокуть, а об дерево чегой-то токмо ты один бьёшь! Ай, что тебе говорить – как есть бестолковый.

В «резервный флотский экипаж» Остап попал два с лишним года назад, когда на Балтийском флоте начали выводить из состава флота в резерв или перестраивать в блокшивы наиболее старые парусные линейные корабли второго ранга. Их родной корабль, ставший родоначальником целой серии парусных линкоров семидесятичетырёхпушечного класса, пошёл «на выход» одним из первых. А из освободившегося личного состава были сформированы береговые «резервные экипажи», вроде как предназначенные для формирования экипажей вновь вводимых паровых фрегатов типа «Соломбала», каковых Балтийский флот и Северная эскадра за последние пару лет должны были получить аж шесть штук, а также на формирование команд начавших строиться массовой серией всего лет пять назад парусно-винтовых шлюпов типа «Кумжа». Ну и, естественно, на замену выбывших по той или иной причине членов экипажей кораблей, оставшихся в составе флота. Ну так им сообщили… А покамест новые корабли строились, а замен в старых экипажах не требовалось – их начали привлекать к строительству и реконструкции береговых батарей Кронштадтского обвода. Чего «природному моряку», каковым считал себя Остап Парубий (напрочь игнорируя факт собственного рождения на хуторе в прославленном никогда им не читанным писателем Гоголем Миргородском уезде Полтавской губернии, неподалёку от не менее знаменитых своей ярмаркой Сорочинцев), было ну совсем не по нутру. Так что, когда среди личного состава «резервных экипажей», каковых было сформировано ажно пять штук, начался набор в некий странный «отряд ближней береговой обороны», – он немедленно записался на собеседование. Хотя даже не представлял ни что это за «отряд», ни чем он будет заниматься, ни что такое это самое «собеседование». Но Остап решил, что копать землю не для него – он, чай, не крестьянин уже давно, а как есть моряк, так что ежели понадобится, то он на этом самом собеседовании и проплыть может с версту, а то и более, и с грузом пробежать, да и из морских карабинов пострелять, не осрамившись, вполне способен. А ежели понадобится – так и из «револьвертов», каковыми в последнее время стали вооружать членов корабельных абордажных команд, тоже не опозорится. Он мичманцу, которому этот «револьверт» был выдан в пользование, ажно два рубли с оклада денежного содержания не поскупился заплатить – всё для того, чтобы тот его обучил, как с ним управляться, и дал три раза пальнуть. А потом ещё и почистил сито после стрельбы под придирчивым оком мичманца. Так что – нет, не то чтобы он «револьвертом» совсем овладел, этого не было, но чтобы не опозориться – его умений уже вполне хватало.