Светлейший князь - Роман Злотников Страница 74

В «отряде ближней береговой обороны» оказалось несколько рот… что, впрочем, было вполне привычно. И «резервные экипажи», и их прообраз – гвардейский флотский экипаж, и даже экипажи боевых кораблей имели ротное деление. Так, экипаж стодесятипушечного линейного корабля первого ранга состоял из трёх рот, их второранговый семидесятичетырёхпушечный «Иезекииль» (на вооружении которого на самом деле состояло восемьдесят орудий) – из двух, а команда корвета или шлюпа числила в своём составе от 5/8 до одной роты… Так вот практически все эти роты обучались обслуживанию и установке минных заграждений, для чего у них имелись «плавсредства» двух типов. Поменьше – вёсельное и побольше – двухкорпусное с паровой машиной. Но боцманмату они сразу не глянулись. А вот то, что состояло на вооружении роты «морских дронов», тут же перекрещенных личным составом в «дрыны», – наоборот. Так что туда и попросился.

— Держи… давай… ишшо чутка… всё – опускай! – Остап уронил сведённые усталостью руки и вытер ладонью мокрое лицо. Перед ним на самой кромке прибоя лежало на гальке несколько десятков пресловутых «дрынов». Запускать их планировалось со специальных скоростных барказов – небольших судёнышек водоизмещением в семнадцать английских регистровых тонн, построенных на основе катера, выигравшего гонку механических катеров, состоявшуюся во время проходившей в Лондоне Второй Всемирной выставки науки, промышленности, искусства и торговли два года назад. Они, конечно, не обладали скоростью прототипа, но всё равно оставались самыми скоростными серийными механическими судами современности. Даже действующий обладатель «Голубой ленты Атлантики», колёсный пароход «Арктик», мог разогнаться максимум до пятнадцати – шестнадцати узлов, а эти барказы, оснащённые необычными двигателями на жидком топливе, могли развить до восемнадцати. Впрочем, прототип показал в максимуме более двадцати трёх, но он был максимально облегчён и имел несколько другое днище… И вот на тебе – первое боевое применение «морских дрынов» произойдёт совсем не так, как планировалось. С берега. Вручную. То есть стоя по пояс в воде и наводя «дрын» как этакое самоходное бревно – по корпусу и примитивному прицелу со штырём на носу в качестве «мушки» и примитивной прицельной планкой на корме…

Англо-французская эскадра в составе одиннадцати винтовых и пятнадцати парусных линкоров, а также тридцати двух пароходов и семёрки парусных фрегатов вошла в Балтийское море в конце апреля, а уже пятнадцатого мая флот коалиции подошёл к Кронштадту. Балтийский флот по всем меркам ничего противопоставить коалиционерам был не способен. В его составе на данный момент находилось восемь парусных линкоров первого и второго ранга, двадцать три парусно-винтовых фрегата типа «Соломбала» и порядка двадцати шлюпов, семь из которых также были парусно-винтовыми. На фоне мощи коалиционного флота – почти ни о чём! Особенно учитывая то, что коалиционеры до сих пор считали мощь корабля по количеству пушек, которые он нёс, а российские фрегаты типа «Соломбала» уступали в этом своим зарубежным одноклассникам практически в два раза. Да и новые шлюпы также несли всего по шесть орудий… впрочем, для кораблей водоизмещением менее тысячи тонн вооружение меньше десятка орудий было скорее правилом, нежели исключением. Но таковые корабли как-то вообще особенно не учитывали при подсчётах боевой мощи. Ну на что они годны-то? Патруль, посыльное судно, мелкие набеговые операции на незащищённое побережье – да и всё.