Ведьма для изумрудного дракона - Лана Бель Страница 76

— Спрашивай.

Лили не отвела взгляда.

— Зачем тебе Лунная Сердцевина Ноктурна и как все это связано с драконами?

Алистер выдержал ее взгляд.

— Я не имею отношения к уничтожению драконов, — сказал он. — Сердцевина была нужна. Остальное увидишь сама.

Лили не моргнула, но почувствовала, как узел в груди, который она носила с того самого дня, когда продала Сердцевину, чуть ослаб. Мысль пришла резко и ясно — она не навредила Рику. Облегчение прокатилось короткой волной, но расслабляться она не спешила — ее интересовал и другой вопрос.

— Ты воздействовал на мой разум. Зачем?

Тяжелая тишинаа повисла между ними на долгие секунды.

— Это проклятие, — наконец выдавил Алистер.

Он чуть повернул голову, и в свете фонаря на секунду блеснула серьга.

— Когда проклятие вступает в полную силу… — он провел рукой по горлу, будто каждое слово давалось непросто. — Обычное состояние уступает навязчивой необходимости действовать, почти мании, от которой невозможно просто отмахнуться. Если рядом оказывается магически совместимая женщина, ее начинает тянуть ко мне. Разум туманится, чувства становятся острее… и появляется желание поддаться этому.

Он смотрел на свои пальцы, прочистил горло и продолжил чуть тише:

— Но я сделал блокиратор, — он коснулся серьги, бросив на нее короткий взгляд. — Без него я бы просто не выходил из дома. Как оказалось, у него есть предел. В прошлый раз он истощился, начал сбоить… и влиять на тебя и на меня. Поэтому все затянулось на несколько встреч.

— Но я не видела твоего проклятия на ауре.

— Я его скрываю.

Он медленно покрутил кольцо на указательном пальце. Несколько секунд молчал, затем коротко выдохнул и стянул кольцо.

Лили вздрогнула от этого жеста, но тут же перестроила зрение на магическое.

И тогда она увидела.

Темно-золотая аура вспыхнула вокруг Алистера — густая, плотная. И внутри нее — багровые вкрапления. На уровне таза, сердца и головы.

Она охнула.

В памяти всплыли слова бабушки: ведьмы не прощают. Никогда. И наказывают так, чтобы запомнили навсегда.

Она сглотнула, с трудом удерживая взгляд на этих багровых узлах. Слишком яркие. Слишком глубоко вплетены в основную ауру. Задержала дыхание, заметив повторяющийся рисунок на каждом узле.

Вот бы понять, что он означает. Вероятно, в напеве — в самих словах проклятия — была подсказка.

Она пыталась запомнить весь рисунок, уловить логику, пока Алистер не надел кольцо обратно.

Багровые узлы исчезли из виду — спрятались под сияющей темно-золотой оболочкой. Но Лили уже знала, что они там. Она закрыла глаза и осторожно перестроилась на обычное зрение.

— Ты ведь знаешь… если не найти способ снять его, то...

— Мне лучше многих известно, что я потеряю… и какая боль и вина лягут на мои плечи в случае провала, — он поспешно надел кольцо обратно. — И мы больше не затронем эту тему.

Он сделал короткую паузу.

— Я выдал тебе тайну, узнав которую многие лишились жизни. Но ты в малом круге доверия.

Он отвернулся к окну — окончательно ставя точку в разговоре.

Лили медленно выдохнула. Она ничего не сказала. Но где-то внутри уже понимала: если он однажды попросит помощи — она не откажет.

Граф завозился у нее под боком и уставился на Алистера так пристально, будто пытался прожечь в нем дыру.

— Замечательно, — тихо проворчал он. — Пр-р-роклятый маг с тягой к женщинам. Именно такого спутника нам и не хватало.