По обе стороны времени - Станислав Федотов Страница 97

Периметр забора, замыкавший развалины, приоткрылся, и «птица» немедленно рванулась в образовавшийся выход.

— Сто-ой!! – заорал Янусов, бросаясь к воротам. Крутившийся в груди огненно-ледяной сгусток змееподобно вырвался наружу и устремился за «птицей».

Ему даже показалось, что полетел он сам.

Глава 4,

в которой дело начинает пахнуть керосином

Новоиспечённые студент колледжа связи Всеволод Дегтярёв и курсант школы полиции Роман Величко встретились случайно. На автобусной остановке возле бывшего театра. Увидели друг друга и невольно вместе рассмеялись.

— Не Благолепинск, а Угорье, только малость побольше, – успокоившись, заявил Рамон. – Все – соседи.

— Ну, говорят, что и Москва – большая деревня! – откликнулся Сева.

Собравшиеся на остановке благолепинцы – две пожилые женщины с сумками под продукты и старичок в потёртом пиджачке, увешанном орденами, медалями и значками, – неодобрительно покачали головами.

— Молодым всё хихоньки-хахоньки, – продребезжал ветеран. – Всё бы деревню хаяли, нашу кормилицу.

Сева открыл было рот, чтобы оправдаться – мол, они даже не думали «хаять», – но Рамон дёрнул его за рукав и отвёл в сторонку.

— Не связывайся ты с ними. Как заведутся – света белого не взвидишь.

— Да это давно известно, – усмехнулся Севка. – Пять тысяч лет назад старики о молодёжи то же самое говорили. Слово в слово!

— Ну да! – не поверил Рамон. – Так уж слово в слово! Небось своим детектором подслушал? – Он кивнул на рюкзачок за спиной Севы. – Так с ним везде и ходишь?

— Приходится, – вздохнул потомок древних изобретателей. – Я, понимаешь, у тётки поселился, маминой сестры, а у неё двое мелких. Такие пираты – капитан Блад и Джек Воробей отдыхают! Оставишь прибор на время – потеряешь навсегда: растребушат за милую душу! – Рамон хохотнул на это, и Сева немедленно сменил тему. Он терпеть не мог даже усмешки по адресу своей работы: – А ты, наверно, в общежитии?

— Устроился, – кивнул Рамон. – Уже официально – курсант. Форму пока не выдали, но подготовительные занятия начались. Задания дают. Выявляют, у кого какие интересы. Я-то хочу стать сыщиком и поэтому попросил задание посложнее…

Что именно он попросил, Рамон сказать не успел. Со стороны развалин раздался злобно-отчаянный вопль: «Сто-ой!» – и вслед за тем их обдало двумя волнами воздуха. Поочерёдно: сначала одной, тёплой, потом второй, холодной.

Рамон готов был поклясться, что Севка что-то увидел – так изумлённо округлились его глаза, – но сам, как ни крутил головой, ничего не заметил.

Внезапно у них за спиной раздались очень даже знакомые голоса:

— Вот так парочка! Такую увидишь – долго не забудешь.

Они обернулись: ну конечно, неразлучные в Угорье подруги – Даша Антонова и Варя Белова. Обе в панамках, лёгких цветных сарафанчиках, сандалиях на босу ногу, а у Вари ещё и сумка на ремне через плечо, и обе почему-то не на старых друзей смотрят, а вдоль улицы. И говорят вроде бы не про них…

— Как? Вы тоже их увидели? – заволновался Севка.

Девчонки дружно кивнули.

— Кого «их»? – нахмурился Рамон. – Я никого не видел! Граждане, – обратился он к ожидающим автобуса, – вы что-нибудь заметили?

— Ты чего? – дёрнул его за рукав Сева. – Мента изображаешь?

Рамон отмахнулся: он действительно ждал ответа от посторонних.