Развод в 40. Жена с дефектом - Анна Нест Страница 63

Я коротко, обрывками рассказываю ему о разговоре с Виктором. Про ультиматум. Про угрозы. Про то, что он требует, чтобы я приехала.

Я чувствую, как Артем напрягается. Рука замирает.

— Я не поеду, — сразу говорю я. — Я не буду с ним спать. Никогда.

Он выдыхает. Я понимаю, что для него было важно это услышать.

— Но, — продолжаю я и чувствую, как внутри снова поднимается страх, — он сказал, что посадит Кирилла, если я не приеду.

Артем чуть отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Своего сына? — уточняет он.

— Да, — киваю я. — Он сказал, что Кирилл ему больше не сын. Что Кирилл его избил.

— Серьезно? — хмурится Артем.

— Сомневаюсь, — честно отвечаю я. — Максимум… мог влепить ему раз. Когда узнал, что тот меня обижает.

Артем качает головой.

— Если на нем нет следов, он никого никуда не посадит, — говорит Артем уверенно. — Это похоже на манипуляцию.

— А если нет? — шепчу я. — А если он не блефует?

— Нужно убедиться, — отвечает Артем после короткой паузы. — Назови его адрес.

— Нет, — сразу говорю я. — Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

Он улыбается и начинает гладить меня по волосам.

— Не бойся. Никаких проблем не будет. Я просто должен убедиться, что с этим козлом все в порядке, что он врет.

— И что ты ему скажешь? — спрашиваю я тихо.

— По ходу дела придумаю, — отвечает Артем. — Главное — не переживай.

Я крепко-крепко прижимаюсь к нему и чувствую, как на душе становится спокойно.

Глава 60

Виктор

Я стою перед зеркалом и бреюсь. Медленно, тщательно. Хорошо быть мужиком. Реально хорошо. Провел лезвием по морде, смыл пену, намылил удава — и все, считай, готов. Красавец. Хоть сейчас на обложку, хоть в постель. Никаких тебе заморочек, кремов, масок, переживаний.

А вот Мие придется попотеть.

Если, конечно, она рассчитывает, что я прощу ее сына.

Я наклоняюсь ближе к зеркалу, проверяю подбородок. Отлично. Всегда любил аккуратность. В женщинах, кстати, тоже. И вот тут у Мии, увы, промашка. Уже не свежа. Это факт. Время, знаешь ли, беспощадно. А когда к возрасту добавляется еще и… дефект — картинка становится совсем так себе.

Полителия.

Слово-то какое. Красивое. Почти благородное. А значение — мерзкое. Лишний сосок. Ошибка природы. Сбой на линии сборки.

Раньше меня это не особо волновало. Молодая она была, поэтому плевать. Молодость многое прощает. Да и грудь у нее всегда была хорошая, тут не отнять. Форма, размер — все так, как я люблю. Я даже старался не зацикливаться. Сосредотачивался на основном. Так проще.

Но с возрастом… с возрастом все становится заметнее. И раздражает сильнее. Как соринка в глазу, которую сначала терпишь, а потом хочется выковырять любой ценой.

Я даже говорил ей, спокойно, между делом, мол, медицина сейчас творит чудеса, операция — ерунда, полчаса под наркозом, и живи спокойно. Для себя же. Для нас.

Она упиралась.

Говорила, что не хочет ложиться под нож просто ради красоты. Что если бы это касалось здоровья — другое дело. А так — нет.

Меня это вымораживало.

Она не думает о моем здоровье, вот в чем проблема. О моем психическом здоровье. О том, что мне каждый раз приходилось это видеть. Принимать. Делать вид, что все нормально. А оно, между прочим, ни черта не нормально.

Но я не заставлял. Тогда не заставлял. Был великодушен. Терпел. Даже в чем-то гордился собой. Теперь знаю, что зря.