Тень Сицилийского ястреба - Полина Каминская Страница 103

Его руки скользнули по её спине, крепче прижимая к себе. Владлена невольно выгнулась ему навстречу, теряя остатки самообладания. Она чувствовала его дыхание, напряжение в плечах, биение его сердца — такое же бешеное, как её собственное.

В этот момент не существовало ни ссоры, ни времени, ни боли. Только они двое, слишком долго стоявшие по разные стороны одного и того же страха.

Маттео оторвался от её губ лишь на секунду и прижался лбом к её лбу.

— Прости меня, — хрипло сказал он. — За всё.

Владлена закрыла глаза. Её всё ещё трясло.

Он прижал её к себе ещё крепче, словно наконец позволил себе то, от чего слишком долго отказывался.

И в этой тишине, наполненной дыханием, болью и слишком опасной близостью, Владлена поняла: всё между ними ещё только начиналось.

Глава 24. Вкус свободы

Рик застал Владлену в зимнем саду. Среди экзотических растений, лишённых в это время года ярких красок, она казалась почти прозрачной. Она сидела на узкой кованой скамье у высокого окна и безразлично смотрела на серое, затянутое свинцовыми тучами небо Сицилии. В последние дни она почти не разговаривала, ела через силу и всё чаще замирала, будто уходила в глубокий внутренний анабиоз.

Он остановился рядом не сразу — дал ей время почувствовать его присутствие. Только когда она едва заметно повела плечом, Рик негромко произнёс:

— Пойдём со мной.

Владлена медленно, словно нехотя, подняла на него глаза. В их глубине застыла усталость.

— Куда, Рик?

— Просто прогуляемся. Ты заперта здесь слишком долго. Тебе нужно увидеть город, почувствовать запах моря, а не этот стерильный покой.

Она слабо усмехнулась.

— Ты ведь сам понимаешь, что это плохая идея. Маттео запретил мне покидать территорию без него.

— Понимаю, — спокойно ответил Рик, присаживаясь на край скамьи. — И всё равно предлагаю. В этой «золотой клетке» ты скоро начнешь говорить с цветами.

Владлена отвела взгляд. Мысль о выходе в мир пугала и манила одновременно. Ей до дрожи хотелось сбежать от тяжёлых взглядов охраны и вечного, удушающего контроля Маттео, который превратил её жизнь в расписание безопасности.

— Он разозлится, — тихо сказала она. — Ты знаешь, каков он в гневе.

— Разозлится, — не стал спорить Рик. — Но он всё равно злится последние три дня. А ты имеешь право на пару часов нормальной жизни.

— Он решит, что ты подрываешь его авторитет. Вы снова сцепитесь, — она посмотрела на него с тревогой. — И я не хочу чтоб это было из-за меня.

— Не из-за тебя, Влад, — мягко поправил он. — А из-за его упрямого желания владеть всем и вся. Не дай ему превратить твою жизнь в ожидание его милости.

Эти слова попали в самую цель.

Владлена почувствовала, как внутри шевельнулось давно забытое чувство протеста. Маттео был близко, но его отстраненность и вечный холод ранили сильнее, чем любая внешняя угроза.

— Если он узнает, мне не поздоровится, — пробормотала она, но в голосе уже не было прежней уверенности.

— Если не узнает, ты хотя бы вспомнишь, какого цвета небо за пределами этого сада, — ответил Рик.

Владлена внезапно улыбнулась — впервые за долгое время это была не маска, а тень настоящей, дерзкой искры.

— Знаешь, — медленно произнесла она, — может, мне и правда стоит немного его позлить. Пусть поймёт, что я не вещь, которую можно просто поставить на полку.