В тени эмира. Шрамы на песке 1 - Ирэн Блаватская Страница 118

А что я испытала, когда его принесли на руках с поля битвы... Весь израненный,

изрезанный, истекающий кровью, на нем живого места не было — все его шрамы на теле

остались после той битвы. Никто не верил, что он выживет… А я верила… верила... Я

круглыми сутками молилась, просила Аллаха спасти его… Просила забрать мою жизнь, но

сохранить его… Еще не успели затянуться его раны, когда он снова собрался в поход.

Этого нельзя было допустить, он был еще слишком слаб, но никакие слова и уговоры не

действовали на него, и тогда я легла на порог и сказала: «Сынок, ты можешь уйти,

только перешагнув через меня. Я согласна отдать себя в жертву, чтобы остановить

тебя», а он поднял меня на руки и ответил: «Зачем мне через тебя перешагивать, мама?

Ты женщина и должна нести это гордое звание с высоко поднятой головой, а жертвовать

собой — это удел мужчин, и не мешай нам заниматься своим мужским делом». Его раны

все еще кровоточили, он с трудом держался в седле, но все равно ушел. Несмотря на

свой юный возраст, он сумел отвоевать и вернуть назад все наши земли и укрепить

позиции нашей страны. Сегодня Хафрак — сильный, богатый халифат, с которым считаются

и который уважают, и это все во многом благодаря Фалаху. Думаешь, он хотел жениться

на Аль-Ануд? Это тоже был политический брак, на который ему пришлось пойти, чтобы

принудить соседний Рубайдан к миру и заставить его эмира — шейха Шахбута, отца

принцессы Аль-Ануд, соблюдать мирный договор между нашими странами. В отличие от

тебя, он сам пошел на это.

— Я все понял, мама, но у меня к тебе есть просьба. Это очень важно для меня.

— Какая просьба? Говори, я тебя слушаю.

— Помоги мне встретиться с Шакрой…

— Что? Ты опять за старое?

— Пожалуйста...

— Совсем с ума сошел? Даже не думай…

— Мне нужно увидеть ее… Очень нужно…

— Нет, сынок… даже не проси...

— В последний раз. Фалах к ней никого не подпускает.

— Сколько можно? Хватит уже, думай о своей женитьбе и забудь наконец о ней.

— Мама, мне надо с ней проститься. Это действительно важно… Помоги мне.

— Я сказала: нет... Я не собираюсь больше вмешиваться в его личную жизнь и тебе не

советую.

— Но я же мужчина и должен с ней как мужчина проститься. Еще вчера говорил ей, что

люблю, а сегодня собрался жениться на другой. Что она должна чувствовать при этом?

Что я врал ей? А что она должна думать обо мне после этого?

Шейха Фатма понимала, что Салех прав, но встретиться с ней после всего того, что

было… Она боялась даже заикаться об этом Фалаху.

— Пожалуйста, дай мне расстаться с ней как мужчина, не унизив своего достоинства и

не разбив ей сердца. Она этого не заслужила.

— Хорошо, сынок, я поговорю с Фалахом, но ничего не обещаю… — наконец выдавила она

из себя после долгих раздумий, зная, что ей предстоит совсем нелегкий разговор со

старшим сыном.

* * *

Эми просидела в кресле до самого утра, устремив отрешенный взгляд в пустоту. Слез

уже не было, только бесконечная, неизбывная тоска в душе. Мыслями она была далеко —

там, где все еще были живы, а она была счастлива и полна желания жить… Иногда,

уставшая и отчаявшаяся, она ненадолго проваливалась в сон, в котором неизменно ей

являлся Фалах, и снова просыпалась в испуге.

Утром ее посетила Маха с прислугой, чтобы помочь девушке умыться и позавтракать, и