Тень Сицилийского ястреба - Полина Каминская Страница 124

— Тогда ему нужна не только война, — ответила Тереза. — Ему нужен кто-то, кто напомнит, что под этой броней еще бьется живое сердце.

Когда Маттео вернулся, он не пошел к Рику и не спустился к пленным. Он стоял на заднем дворе у кромки сада, глядя на черную гладь воды. Владлена нашла его сама. Она вышла босиком по влажному камню террасы, не боясь ни холода, ни его тяжелой ауры.

— Ты опять закрылся от всех, — сказала она.

Маттео не обернулся, но его плечи едва заметно расслабились.

— Так легче думать.

— Нет. Так тебе легче не чувствовать, — возразила она, подходя вплотную.

Они пошли вдоль берега. Лунная дорожка дрожала на воде, а волны слизывали их следы на песке. Владлена шла рядом, касаясь его руки — сначала мимолетно, а затем крепче, словно удерживая его в реальности. Тишина между ними больше не была враждебной; она была выжидающей.

— Ты боишься? — спросила она.

Маттео остановился и посмотрел на нее так честно, что ей стало страшно.

— Да.

— Из-за Вито Сарни? Из-за Лиса?

— Нет. Из-за того, что однажды я приду, а тебя здесь не будет. Что я опоздаю на одну секунду.

Владлена замерла. Ветер трепал ее волосы, забрав одну прядь к губам. Маттео сделал шаг, осторожно убирая ее прядь пальцем. Его рука была горячей, несмотря на ночную прохладу.

— Ты не опоздаешь, — прошептала она.

Он не ответил словами. Он поцеловал ее. Это не был жест обладания, к которому она привыкла. Это был поцелуй человека, который нашел единственную опору над пропастью. Владлена ответила сразу, обнимая его за шею, чувствуя, как его пальцы сжимаются на ее талии. В этом моменте растворилось всё: его жестокое ремесло, её страхи и таинственный «Лис», ждущий звонка в полдень.

— Ты сводишь меня с ума, — хрипло выдохнул он, коснувшись губами ее виска.

— А тебе это не нравится? — она чуть улыбнулась, глядя в его потемневшие глаза.

— Это пугает меня больше, чем любая война. Потому что теперь мне есть что терять.

Они долго еще шли вдоль кромки воды, не размыкая рук. Но в подвале виллы, далеко от шума прибоя, Вито Сарни уже осознавал: его прежняя жизнь в роскоши мертва. И единственное, что он может предложить в обмен на глоток воздуха, — это имя женщины, которая завтра в полдень снимет трубку в адвокатской конторе.

Цепь замкнулась. Завтрашний полдень должен был стать финалом, но для Маттео и Владлены он мог стать лишь началом настоящего пожара.

Маттео это понимал, именно поэтому решил, что здесь и сейчас он будет думать не о чем, он просто побудет с ней, потому, что завтра он любой ценой спасет её.

Они шли вдоль кромки прибоя уже, наверное, целый час. Сначала говорили о каких-то мелочах: о странной музыке, доносившейся из бара на набережной, о чайке, которая явно приняла Маттео за человека с едой и долго сопровождала их с возмущённым криком, о том, что ночной ветер у моря пахнет свободой, солью и чем-то невозможным.

Потом наступило молчание.

Но оно не было неловким.

Владлена поймала себя на том, что впервые за долгое время не ждёт опасности из-за каждого поворота, не прислушивается к шагам за спиной, не ищет взглядом тени у машин и окон. Рядом с Маттео всегда было напряжение — тяжёлое, незримое, словно под дорогой вместо земли лежали натянутые струны. Он был человеком, который замечал слишком много, просчитывал слишком быстро и никогда не расслаблялся до конца.