Тень Сицилийского ястреба - Полина Каминская Страница 125

И всё же сейчас… сейчас было иначе.

Он шёл рядом, засунув руки в карманы тёмных брюк, в расстёгнутой у ворота рубашке, с чуть влажными от морского воздуха волосами. Ветер трепал прядь у его виска, и Маттео время от времени раздражённо откидывал её назад. Это движение почему-то казалось Владлене почти домашним, живым, не имеющим ничего общего с тем холодным, опасным человеком, каким она увидела его впервые.

В этот момент они действительно могли сойти за обычную пару.

Простую влюблённую пару, которая сбежала от шумного города к морю, чтобы гулять босиком по песку, спорить о глупостях и смотреть, как лунная дорожка дрожит на воде.

Не было угроз.

Не было чужих имён, произносимых вполголоса.

Не было людей, которых надо было найти, остановить, убрать из их жизни любой ценой.

Были только они.

Владлена вдруг подумала, что это и есть самое страшное — когда среди всего хаоса тебе дают маленький кусочек счастья. Такой крошечный, почти случайный, но от него потом больнее всего отказаться.

Она украдкой взглянула на Маттео.

Он смотрел вперёд, туда, где берег изгибался тёмной линией. Лицо у него было спокойное, но Владлена уже научилась различать оттенки этого спокойствия. У Маттео было много масок: равнодушие, холодность, усталость, насмешка, угроза. Сейчас на нём не было ни одной. Вернее, была самая редкая — тишина.

И именно поэтому вопрос сорвался с её губ неожиданно даже для неё самой.

— У тебя есть какая-нибудь мечта?

Маттео остановился не сразу. Он сделал ещё шаг, будто вопрос догнал его с задержкой, потом повернул голову и удивлённо вскинул бровь.

— Мечты бывают у тех, кто перед сном представляет себе идеальную жизнь, — сказал он после короткой паузы. — Разве я похож на человека, который этим занимается?

Владлена тоже остановилась. Волна докатилась до её ступней, холодно лизнула пальцы и отступила, оставляя вокруг ног серебристую пену.

Она задумчиво посмотрела на него, чуть прищурившись.

— Если честно, ты похож на человека, который не спит вообще.

Уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Наблюдательная.

— Очень, — серьёзно кивнула она. — Но сейчас не об этом. Все о чём-то мечтают.

— Не все.

— Все, — упрямо повторила Владлена и пошла дальше, заставляя его двинуться за собой. — Просто некоторые называют это по-другому. Планами, целями, стратегией, необходимостью. Но в глубине всё равно есть что-то, ради чего человек утром открывает глаза.

Маттео взглянул на неё сбоку.

— Ты сейчас пытаешься вскрыть мне череп и посмотреть, что внутри?

— Нет. Для этого мне не хватает медицинского образования.

— Приятно слышать.

— Я пытаюсь понять, что заставляет тебя вставать с постели.

Он молчал дольше обычного.

Владлена уже подумала, что он не ответит. Маттео умел не отвечать так, что человеку становилось ясно: дверь закрыта, ключа нет, а если попробуешь постучать ещё раз — пожалеешь.

Но сейчас он не был раздражён. Скорее… растерян.

Почти незаметно.

Никогда в жизни у Маттео никто не спрашивал такого.

Не так.

Не с любопытством, за которым нет выгоды. Не с расчётом. Не пытаясь узнать слабое место, которым потом можно воспользоваться. Даже родители — если слово «родители» вообще можно было применить к людям, которые дали ему фамилию, деньги, воспитание и ледяное понимание, что любовь всегда требует результата, — никогда не спрашивали его о мечтах.