В тени эмира. Шрамы на песке 1 - Ирэн Блаватская Страница 130

затылке, и волосы каскадом упали на плечи и грудь. Взяв в руки небольшую прядь,

поднес к своему носу и с удовольствием вдохнул...

— Фалах... — шепнула девушка.

— Я сказал: заткнись! — не дал он ей договорить.

— Умоляю тебя… Выслушай меня….

— Опять торговаться будешь? Продавать себя — единственное, что ты умеешь… шлюха.

— Говори все что хочешь, называй кем угодно, я все выдержу, слова не скажу поперек.

— Хмм…

— Я буду всем для тебя… всем, кем только ты захочешь и когда захочешь… Буду покорной

и податливой. Ты не услышишь слова «нет».

— Что на этот раз? — пренебрежительно скривил он губы. — Очередной спектакль?

— Я хочу попасть к себе домой, в свой мир и жить своей жизнью, — в отчаянии

выговорила она, не обращая внимания на его колкости.

— Что?! — рявкнул он и, подняв ее лицо, заставил смотреть на себя.

— Я ведь когда-нибудь надоем тебе точно так же, как и все наложницы из твоего

гарема… Как и твоя жена, которую ты даже близко не подпускаешь к себе… А ведь

когда-то, наверное, любил и наслаждался близостью с ней.

— Ты забыла, с кем говоришь... — спокойно произнес он.

— Но я ведь не просто так прошу… — судорожно вцепившись пальцами в его плечи и с

мольбой заглядывая ему в глаза, быстро заговорила она. — Я буду твоей рабыней, делай

со мной все что хочешь… но прошу тебя: помоги мне вернуться на родину… пожалуйста… Я

достаточно богата, мне осталось наследство от родителей… Я заплачу тебе любые

деньги… Сколько ты скажешь… Хочешь — бери всё… только помоги…

— А ты и так моя. Моя вещь… собственность… моя рабыня… Я и без твоих условий могу с

тобой делать все что захочу, и никто меня не остановит, — нервно выговорил он,

вцепившись острым взглядом в ее полные мольбы глаза…

— Ты ведь когда-нибудь пресытишься мной, и тебе будет плевать на меня... Пожалуйста…

Я готова ждать столько, сколько ты скажешь... — прошептала она, осознав наконец, что

ее слова для него ничего не значили… пустой звук. Ее бесконечное противостояние не

прошло бесследно, а теперь давало свои ядовитые плоды…

Не отводя от него полный отчаяния взгляд, она молча опустилась на пол к его ногам.

— Я у твоих ног, Фалах, это все, что у меня осталось… больше нет ничего… Никаких

камней за пазухой… и если в тебе есть хоть что-то человеческое, ты не сможешь мне

отказать. — И она опустила голову.

Она чувствовала его высокомерный, снисходительный взгляд на себе, прожигающий

насквозь, превративший в пыль ее самолюбие и гордость и заставивший презирать себя

за свою слабость, толкнувшую ее на этот шаг… Он даже не пытался помочь ей и

прекратить эту экзекуцию, граничащую с самоуничижением… позволяя ей испить эту чашу

унижения до дна… Пресыщенный, самовлюбленный дикарь. Как же она ненавидела его, как

никого и никогда в своей жизни, но отчетливо понимала, что он — это единственный

ключ на свободу… других вариантов нет.

— Слишком много слов… Пора переходить к делу. — Его тон не оставлял ей никакой

надежды. — Хотела любви без вопросов? Хмм… Не вопрос… Ты получишь ее... — Рывком за

плечо он поднял ее с пола, схватил на руки, быстро пересек всю комнату и грубо

бросил на кровать. Вскрикнув, она упала на спину... мгновенно поднявшись, села,

подобрав к себе ноги, и с ужасом уставилась на него.

Нетерпеливо стянув через голову окровавленную кандуру, он отбросил ее в сторону.