В тени эмира. Шрамы на песке 1 - Ирэн Блаватская Страница 131

Следом полетел вузар (араб. белая ткань, обмотанная вокруг бедер, служит нижним

бельем). Обнаженный мужчина встал у кровати, как будто давая ей возможность

разглядеть себя, полюбоваться его крепким красивым телом, длинными глубокими

шрамами, отчетливо выделяющимися на гладкой смуглой коже и наводящими ужас… он

казался огромной непробиваемой скалой… Кровь все еще капала на его обнаженную грудь.

Глаза лихорадочно блестели… казалось, сам дьявол вселился в него.

Впившись в нее горящим взглядом, мужчина коленом встал на кровать, потянувшись,

поймал

ее за щиколотку и жестко дернул к себе. Девушка оказалась рядом с ним, и, видя, что

она собирается вскочить, он резко нажал ей на плечо и придавил к кровати.

— Куда? Ты же этого хотела… — его жесткий голос еще больше напугал ее. — Буду драть

тебя, как ты и просила, не спрашивая ни о чем, — зловеще произнес он, нависая над

ней.

Страх стремительно овладел ею, заполнил ее изнутри, парализовал и душил, сжимая

горло в железные тиски. Крупные капли холодного пота выступали на коже и стекали с

ее напряженного тела на гладкие шелковые простыни. А сверху на нежную белую кожу

падали капли крови…

— Раздвинь ноги! — Казалось, она ничего не соображала, только широко раскрыв полные

ужаса глаза, смотрела на него.

Резко схватив ее ноги, он согнул их в коленях и широко раздвинул, открывая взору

соблазнительное лоно девушки, напоминающее полураскрытый бутон, и довольно

улыбнулся... Оказавшись перед ним неприкрытой, покраснев до корней волос, она с

ужасом попыталась свести ноги вместе, но он крепко удерживал их... Большего стыда,

чем тот, который она испытывала в эти минуты, ей еще никогда не доводилось

переживать… даже в тот жуткий день, когда она пришла просить за Салеха. Тогда все

было по-другому: Фалах больше демонстрировал себя, унижая ее — тешил свое эго.

Сегодня же он наслаждался ее унижением, грубо удерживая ноги и откровенно

разглядывая все ее потаенное, девичье. Это было невыносимо, и, сгорая от смущения,

она предприняла попытку прикрыться руками, но он и этого ей не позволил…

— За все в этой жизни надо платить, а за ложь — вдвойне... — Изловчившись, девушка

вырвалась из его рук и стала отползать на другой край кровати.

— Пожалуйста… не надо, — испуганно шептала она едва слышно.

— Вернись на место! — рявкнул он, но, не сводя с него полные ужаса глаза, она мотала

головой и медленно отползала. Резко выбросив руку вперед, он успел схватить ее за

ногу и притянул к себе. Сжавшись всем телом и сцепив ноги друг с другом, Эми слабо

пыталась сопротивляться:

— Нет… пожалуйста, нет… — шептала она одними губами.

— Запомни: ты будешь наказана за каждую ложь, — угрожающе навис он над ней, упираясь

руками по обе стороны от ее головы. — И чем она изощренней — тем жестче… Все ясно? —

Ледяной взгляд пригвоздил ее на месте, она смогла лишь едва заметно кивнуть.

Кровь медленно капала ей на лицо, на грудь, на плечи... Два обнаженных тела,

измазанные кровью… одержимые пороками: она — своей ненавистью к нему, он — своей

одержимостью ею… Что это? Что с ними происходит? Как будто оба на грани помутнения

рассудка… Чувствуя, как впадает в панику, она попыталась вскочить, чтобы бежать —

бежать как можно дальше от него, его рук, его тела, его гнева, даже от его крови,