Развод. Пусть горят мосты - Стася Бестужева Страница 21

— Нет, не твоя, — быстро говорит он. — Но пойми, я мужчина. У меня есть потребности. И когда дома холодно, когда жена относится ко мне как к предмету мебели...

— Стой, — перебиваю я. — Стой прямо сейчас. Не смей переворачивать всё с ног на голову.

— Я не переворачиваю! — в его голосе появляется раздражение. — Я пытаюсь объяснить, как получилось, что мы дошли до этого.

— Мы? — я почти кричу. — Мы дошли? Это ты дошёл, Павел. Ты решил изменить жене. Ты решил лгать детям. Ты решил тратить наши деньги на любовницу.

— Она не любовница! — выкрикивает он. —Не называй её так.

Тишина. Даже холодильник перестал гудеть. Мы стоим и смотрим друг на друга, и я понимаю — он защищает её. От меня. Свою жену он готов обвинить во всех грехах, а её защищает.

— Как же её называть? — спрашиваю я тихо. — Коллегой? Подругой семьи?

— Лена, пожалуйста, давай говорить спокойно, — он пытается взять себя в руки. — Мы можем всё исправить. Я закончу эти... отношения. Мы начнём заново.

— Заново? — смеюсь я, и смех получается истерический. — После того, как ты месяцами лгал мне? После того, как втянул в это детей? После того, как провёл нашу годовщину с ней?

— Я не хотел, чтобы так получилось, — он подходит ближе. — Сегодня она просто... ей было плохо. У неё проблемы с родителями, она плакала. Я не мог её бросить.

— В день нашей годовщины, — повторяю я. — Ты не мог бросить её в день нашей годовщины.

— Это не так звучит! — он начинает злиться. — Ты всё искажаешь!

— Я искажаю? — голос у меня срывается. — Я искажаю то, что мой муж изменяет мне? То, что он врёт детям? То, что он покупает квартиру для любовницы на деньги, которые мы откладывали на образование детей?

— Хватит! — кричит он. — Хватит истерики! Ты ведёшь себя как... как...

— Как что? — подхожу ближе. — Как обманутая жена? Как женщина, которой лгал тринадцать лет самый близкий человек?

— Не тринадцать лет! — он тоже кричит. — Несколько месяцев! И это случилось не на пустом месте!

— Ах да, я забыла, — киваю я. — Это случилось, потому что я плохая жена. Холодная, занятая работой, не удовлетворяющая твои потребности.

— Ты сама это сказала!

— Я ничего такого не говорила!

— Говорила! Всем своим поведением! — он размахивает руками. — Когда в последний раз ты интересовалась моими делами? Когда мы в последний раз проводили время вдвоём? Когда занимались любовью?

Удар ниже пояса. Он превращает нашу интимную жизнь в оружие против меня.

— Когда ты в последний раз был дома? — спрашиваю я в ответ. — Когда в последний раз пришёл на концерт дочери? Когда помог сыну с домашним заданием? Когда просто поужинал с семьёй, не проверяя телефон каждые пять минут?

— Я работаю! — кричит он. — Я обеспечиваю эту семью! Этот дом, твою машину, частную школу для детей!

— И это даёт тебе право изменять?

— Это даёт мне право на понимание! На поддержку!На жену, которая встречает меня дома с улыбкой, а не с претензиями!

— Как Вероника? — спрашиваю я ядовито. — Она встречает тебя с улыбкой?

Он замолкает. В его глазах что-то меняется.

— Да, — говорит он тихо. — Встречает. Она радуется, когда меня видит. Она интересуется моими делами. Она не устала от меня до смерти.

Каждое слово как пощёчина. Он сравнивает меня с ней. И я проигрываю это сравнение.

— Тогда иди к ней, — говорю я. — Иди к своей понимающей, радостной, не уставшей Веронике.