Развод с генералом. Моя жизнь без приказов - Виолетта Весна Страница 3

— Мое бюро получило предложение, — ответила я. — Оно заслуживает серьезного рассмотрения. Но договор не подписан, и согласия на назначение я не давала. Сегодня я представляю только проект центра «Берег».

В зале стало тихо. Не образно — просто перестали щелкать клавиши и шуршать листы.

Модератор быстро выбрал другого журналиста. Тот спросил о бюджете. Мещеряков ответил длинно и уверенно. Герман не посмотрел на меня ни разу до конца брифинга.

За кулисами он попросил:

— Останься.

— У меня встреча с проектировщиками.

— Ее перенесут.

— Нет.

— Кира, нам нужно согласовать позицию до того, как это разойдется по лентам.

— Позицию надо было согласовать до того, как ты объявил ее в эфире.

Павел встал между нами не телом, а папкой. Он сообщил Герману, что заместитель ждет в переговорной. У мужа на скулах обозначилось напряжение.

— Машина отвезет тебя в бюро, — сказал он. — В семь поговорим дома.

Я хотела отказаться от машины только потому, что ее предложил он. Потом посмотрела на время и сказала Павлу адрес. Свобода не требовала опоздать на собственную встречу.

В бюро меня ждали четверо сотрудников и девятнадцать непрочитанных сообщений. Помощница Нина молча протянула телефон. На экране был заголовок: «Жена генерала возглавит федеральный проект мужа». Ни слова о моем бюро, исследованиях или годе работы.

— Поздравлять? — осторожно спросил младший архитектор.

— Нет. Назначения нет.

— Но по телевизору сказали...

— По телевизору ошиблись.

Я открыла чертежи. Первые пятнадцать минут мы обсуждали входную группу. Потом Нина спросила, переезжает ли бюро в Реченск. Я снова сказала «нет» и услышала, как резко это прозвучало.

В половине седьмого я закончила встречу и вышла на улицу. Мартовский снег у тротуара превратился в серую крупу. Машина Германа ждала напротив. Я прошла мимо и вызвала такси.

В нашей квартире горел свет только на кухне. Герман снял форму и остался в белой рубашке с закатанными рукавами. На столе лежала синяя папка, рядом стояли две тарелки с остывшим ужином.

— Ты не отвечала, — сказал он.

— Я работала.

— Я попросил Павла подготовить опровержение формулировки про семейный проект.

— А формулировки про мое согласие?

— Мы могли решить это без публичного противоречия.

Я сняла пальто и повесила его в прихожей. Вернулась, села напротив. Между нами лежала папка.

— Что там?

— Условия назначения. Отдельный бюджет, право выбирать команду, прямой доступ к куратору программы. Служебную квартиру в Реченске можно заменить компенсацией. Я предусмотрел, чтобы ты сохранила бюро.

Он развернул папку ко мне. Таблицы, проект договора, список возможных помещений для офиса. Даже варианты поездов с удобным временем отправления.

— Когда ты начал это готовить?

— Три недели назад.

— Мы говорили об этом дважды.

— Мы говорили о самой идее много лет. Ты всегда хотела, чтобы такие центры проектировали не по остаточному принципу.

— Хотела. Но должность, переезд и подчинение программе — разные решения.

— Поэтому я добился условий, при которых ты не будешь никому подчиняться в профессиональных вопросах.

— Кроме тебя.

— Ты не будешь подчиняться мне.

— Сегодня ты сократил мое выступление, объявил мое согласие и сообщил, где я буду жить. Как это называется у вас в управлении?

— Не передергивай. Я обеспечил возможность, которой у тебя раньше не было.