Ты захочешь меня снова - Лу Берри Страница 32

Её поцелуй по утрам.

Её мягкий голос, ласковое обращение.

Её взгляд, полный того тёплого чувства, которое,как он понимал, все это время было ему опорой и поддержкой.

А теперь он словно стоял в одиночестве на высокой горе — вроде весь мир перед глазами, а самого важного — нет.

Вася понимал, что виноват. Понимал и то, что готов почти на все, чтобы — нет, не исправить содеянное, ибо это невозможно, но хотя бы начать все заново. Показать, что он небезнадежен.

Что самое важное для человека?.. Деньги, власть, положение в обществе?..

Раньше он, возможно, так и думал. А теперь понимал — самое важное, чтобы дома тебя кто-то ждал.

Чтобы кто-то о тебе думал.

Чтобы было кому протянуть тебе руку, когда ты окажешься на дне — а ведь от этого никто не застрахован.

И неважно, сколько килограмм весит та, кто будет тебя ждать и будет в тебя верить.

Лия изменилась.

Да, стала более притягательной, совершенной и вместе с тем…

Недоступной, холодной с ним.

И он уже скучал по той Лии, что встречала его дома с пучком на голове и в удобной одежде…

Она была родной. Тёплой. Настоящей.

А эта новая, красивая Лия походила на восковую фигуру, которой можно восхищаться, но нельзя коснуться.

И все же он надеялся, что все наладится.

Он прилагал к этому пока невидимые, но усилия.

И по тем вечерам, когда ехал с работы не домой, он строил фундамент для будущего, которое, как хотелось верить, обязательно будет лучше прошлого.

Вот и сегодня он направлялся туда, где Лия наверняка не стала бы его искать. Она, впрочем, теперь вообще его не искала. Ей, казалось, было все равно, где он и с кем…

Хотя Васе хотелось думать, что на самом деле это не так.

Убегая этим вечером из офиса пораньше, он вдруг сообразил, что жена не привозила к нему сегодня дочь. Успокоив себя мыслью о том, что на это, наверно, были логичные причины, он вышел из бизнес-центра и отыскал глазами свою машину. Как вдруг…

Кто-то схватил его за руку. И в следующий миг он обнаружил рядом ту, кого меньше всего ожидал встретить здесь.

То есть — Машу.

О которой уже и не вспоминал. Во всяком случае, в приятном ключе.

А вот она, похоже, его не забыла. Хоть их переписка и оборвалась как-то странно и непонятно.

— Васенька!

Он едва успел моргнуть, как Маша уже висела у него на шее. И жарко тараторила ему в ухо…

— Я пришла к тебе, а меня не впустили внутрь, представляешь?! Пришлосьтут, как нищенке, ждать, пока ты появишься. Боже, я так соскучилась! Ну почему ты мне не писал так долго?! Но я тебя прощаю! И мы можем наверстать все то, что ещё не сделали…

От её щебета у него загудело в висках.

А от воспоминания о том, что хотел Машу, воображая при этом, что может поиметь ее и бросить, тем самым отомстив за прошлое, стало и вовсе тошно.

Он решительно скинул с себя её руки и отступил, выстраивая между ними чёткую дистанцию.

— Тебе не стоило приходить. Извини, но все это… было ошибкой. И я рад, что мы не зашли слишком далеко.

Она обиженно захлопала на него глазами.

— Но ты ведь мне говорил, что хотел бы со мной… снова…

— Говорил, — признал он. — И очень об этом жалею. На самом деле, я хотел тебя наказать, проучить за то, что ты меня кинула когда-то… А теперь мне это не нужно. Моя жена не заслуживает того, чтобы с ней так поступали, не заслуживает предательства…

«И я её люблю», — промелькнула в голове мысль, которую он не стал озвучивать перед этой чужой для него, по сути, женщиной.