Развод. Когда ты потерял меня - Лилия Лис Страница 6

— Как хорошо, что вы наконец-то вернулись! — защебетала мама, мгновенно переключаясь на Диму, словно я была невидимой, пустое место.

Он отстранился от Вики — осторожно, не слишком резко, чтобы не разрушить их совместную, идеальную картинку — и подошел ко мне.

— Лен, ты чего? Всё хорошо? Почему ты плачешь? — В его голосе прозвучала фальшивая, натянутая, театральная тревога. Он даже не сделал попытки меня обнять или хотя бы коснуться.

Я не смогла сдержать нахлынувшую боль и ярость. Я выплюнула слова, не вытирая слёз, прямо ему в лицо.

— Почему вы приехали вместе? Ответь мне, Дима!

Вика закатила глаза, всем своим видом выражая скуку.

— Опять двадцать пять, — прошипела она, демонстративно отворачиваясь к матери. Она даже не попыталась скрыть своего презрения к моей слабости.

Дима тяжело, раздраженно выдохнул, словно я задала ему невероятно скучный и не относящийся к делу вопрос, который нужно поскорее закрыть и забыть.

— Вика позвонила и попросила забрать их с Кириллом от ее работы, Лен. Что тут такого? — В его вопросе сквозило такое чистое, кристально лживое недоумение, такая идеальная невинность, что мое терпение окончательно лопнуло. В этот момент я увидела не просто ложь — я увидела, что он наслаждается моей беспомощностью и реакцией.

Я взорвалась. Вся накопленная за месяцы усталость, подлое предательство сестры, унижение от матери и ледяное равнодушие мужа — всё выплеснулось наружу единым, разрушительным потоком.

— Что тут такого⁈ А то, что я постоянно одна! Я не сплю, я еле стою на ногах! Я горю, я выгораю дотла, пока ты развлекаешься! А ты постоянно где-то с ней! Корпоратив, поездки, теперь вот забираешь ее, будто ты ее муж, а не мой! Ты на меня не обращаешь внимания! Ты приехал в свой дом, чтобы публично унизить свою жену!

— Лена, успокойся! — Дима прикрикнул. Громко, резко, с очевидной угрозой в голосе. — Не ори при Кирилле! Ты ведешь себя как… как истеричка! Ты видишь, что не можешь справиться с собой, и из-за твоей вечной недовольной физиономии я не хочу приходить домой!

Он наорал на меня. Громко. При матери, при сестре-любовнице, при ее сыне. Это был апогей унижения, публичная казнь моей личности.

«Вот значит как,» — подумала я, сквозь пелену слез, чувствуя, как лицо обжигает стыд и безысходность. — «Дело, как всегда, во мне. В моей „истерике“. Не в его измене. Не в ее предательстве. А во мне.» Эта мысль была последней, что окончательно и бесповоротно убило во мне прежнюю Лену.

Мать тут же бросилась утешать Диму, поглаживая его по руке и говоря что-то о «нервах, которые надо лечить». Он смотрел на меня виноватым, но всё ещё злым и обвиняющим взглядом.

Я не стала участвовать в этом отвратительном цирке. Я резко, без единого звука, развернулась и пошла прочь — в спальню к дочери. Я была раздавлена, но уже не сломлена.

Глава 5

Лена

Я сидела в детской, свернувшись калачиком на небольшом диванчике. В полумраке царила спасительная тишина, нарушаемая лишь моим сдавленным дыханием и ровным сопением Сонечки. Я чувствовала себя солдатом после проигранного боя: в полной прострации, но с острой, не дающей отключиться болью.

Дверь тихонько приоткрылась. Вошел Дима. Он не шумел, не включал свет. Его появление было осторожным, и на этот раз в его глазах не было ни тени раздражения. Была лишь усталость, словно он пережил собственный внутренний ад, и некое подобие раскаяния.