Подменная невеста графа Мелихова - Лина Деева Страница 71

Надо было разобраться, что там всё-таки произошло.

Глава 47

— Екатерина?

Мы с Мелиховым столкнулись буквально на пороге роковой комнаты: он выходил, закончив осмотр, а я, наоборот, собиралась войти. И вот это «Екатерина?» прозвучало отнюдь не без подтекста «Что это вы сюда припёрлись?». Однако граф взял себя в руки и уже другим, деловым тоном спросил:

— Как господин Черногорцев?

— Будем надеяться, сможет поспать, — ответила я. — С ним Демьян, ближе к утру его сменит Тихон. А что здесь? Нашли что-нибудь интересное?

— Вам бы тоже не мешало лечь. — Мелихов словно не услышал мои вопросы. — Вы и так сделали более чем достаточно, а в вашем положении не стоит… Кхм.

— О моём положении всё ещё ничего не известно. — Мне хотелось думать, что его слова продиктованы заботой, но внутренний голос цинично подсказывал: скорее всего, Мелихов просто не хочет, чтобы я совала нос в это дело. — Так вы нашли что-нибудь в комнате? Отчего Черногорцев так испугался?

Последний вопрос был исключительно для отвода глаз: я прекрасно знала, что, а точнее, кто напугал экзорциста до тремора и седых волос.

— Ничего, что пролило бы свет на произошедшее, — предсказуемо отозвался Мелихов.

— И всё-таки я тоже хочу взглянуть.

Я многозначительно посмотрела на графа, до сих пор преграждавшего мне дорогу, и тот неохотно отступил обратно в комнату.

— Вы не возражаете против моего присутствия?

Риторический вопрос, на который я всё же подтвердила:

— Нет, конечно.

Вошла, повыше подняла свою свечу и окинула комнату внимательным взглядом.

Меловая гексаграмма в круге, погасшие свечи (некоторые упали), каменные пирамидки. Словом, все атрибуты настоящего колдунства.

Перевёрнутый стул, рядом с ним саквояж, напоминающий докторский. Вещи экзорциста?

Аккуратно, чтобы не затереть линии (вещдоки для урядника, который едет поодному делу, а застанет сразу два), я подошла к саквояжу. Присела, заглянула внутрь, стараясь ничего не касаться.

— Там ничего опасного. — Мелихов понял мою аккуратность по-своему. — Просто несколько, м-м, приспособлений.

— Для чего? — Я сообразила, что об уникальности отпечатков пальцев здесь пока не знают, и уже смелее раздвинула половинки саквояжа.

— Думаю, для производства звуков, — непонятно ответил Мелихов.

Приблизился ко мне, достал из саквояжа с виду обычную дудку и тихонько подул в неё.

— У-у-у! — завыл инструмент голодным оборотнем. — У-у-у!

Мелихов опустил дудку, и я, поднявшись, встретилась с ним взглядом.

— Подождите. То есть с помощью этих приспособлений Черногорцев мог издавать мистические звуки? Получается, этой ночью он собирался устроить представление, призванное убедить нас, что в усадьбе в самом деле нечисто?

— Об этом следует спросить у него самого, — хмуро сказал Мелихов. — Однако я уверен, что так и было.

А в итоге представление устроил Аристарх, и экзорцист… Так, стоп.

— Так он не экзорцист? — осенило меня. — Шарлатан? То есть сознательный шарлатан, а не заблуждающийся последователь всех этих эзотерических обществ?

— Очень вероятно, — подтвердил граф. — Тем не менее этот вопрос опять к нему.

— Но тогда… — Я обвела взглядом пустую комнату. — Зачем ему Катеринино? Должна ведь быть какая-то приземлённая причина, верно?

Мелихов повёл плечами.

— У меня нет предположений. Однако я очень рассчитываю, что завтра господин Черногорцев будет в силах ответить на вопросы — мои и урядника.