Развод. Я беременна от бывшего - Виолетта Весна Страница 75

— Паша, не надо. Мама со мной.

— Я позвоню знакомому врачу.

— Не надо. У нас Анна Сергеевна.

— Вера...

— Паша, я тебе написала не для того, чтобы ты сорвался с операции. Просто чтобы ты знал.

Он выдохнул так, будто ему физически больно.

— Ладно. Пиши каждую минуту.

— Не смогу каждую.

— Тогда каждые пять.

— Паш.

— Хорошо. После приема. Но если что-то...

— Я позвоню.

Потом я открыла чат с Артемом.

Смотрела на пустую строку.

Он обещал не писать первым. Не писал.

А теперь я снова должна была решить: пускать его в страх или нет.

Вчера он был рядом в клинике. Слышал сердце. Не давил. Довез домой. Остановился у подъезда.

Сегодня он молчал, потому что обещал.

Я написала:

«Еду в клинику. Тянет живот. Врач сказала приехать на осмотр. Со мной мама».

Ответ пришел почти сразу.

«Я могу приехать?»

Я закрыла глаза.

Мама стояла у двери с моей сумкой и ждала, не торопя.

Я написала:

«Да. Но без решений за меня».

Ответ:

«Да».

Еще одно:

«Я буду у клиники. Если ты не захочешь, не зайду».

Я положила телефон в сумку.

Мама только спросила:

— Приедет?

— Да.

— Хорошо.

В такси я держала ее за руку. У мамы ладонь была теплая, маленькая, чуть шершавая от домашней работы. Она молчала, но я знала, как сильно она боится.

— Мам.

— Что?

— Если врач скажет, что все нормально, ты не будешь плакать прямо там?

— Постараюсь.

— А если не нормально?

Она сжала мою руку крепче.

— Тогда тоже постараюсь. А потом будем делать, что скажет врач.

Простая фраза.

Делать, что скажет врач.

Не умирать заранее. Не придумывать худшее. Не бежать вперед страха.

Когда мы подъехали, Артем уже был у входа.

На этот раз не у машины. Стоял прямо возле дверей клиники, без обычной дистанции важного человека. Просто мужчина в темном пальто, который смотрел на каждое подъезжающее такси.

Когда я вышла, он пошел к нам.

— Как ты?

— Страшно.

Я не стала делать вид.

Он кивнул.

— Я рядом.

Мама посмотрела на него внимательнее. Потом сказала:

— Мы все рядом. Только без лишних разговоров сейчас.

— Конечно, — ответил Артем.

Мы вошли втроем.

В кабинете Анна Сергеевна осмотрела меня сразу. УЗИ, вопросы, давление, еще какие-то медицинские слова, которые я понимала наполовину. Я лежала на кушетке и смотрела в потолок, пока мама стояла у двери, а Артем — сбоку, у стены.

Он не подходил, пока я сама не повернула голову.

Тогда подошел.

Не взял за руку сразу.

Я сама протянула пальцы.

Он сжал.

На экране снова появилась эта маленькая, странная, черно-белая вселенная.

— Сердцебиение есть, — сказала врач. — Хорошее. По УЗИ критичных изменений не вижу. Есть признаки тонуса, скорее всего на фоне стресса и усталости. Нужно полежать, поддержка, покой. Я бы рекомендовала несколько дней максимально спокойного режима.

Я закрыла глаза.

Сердцебиение есть.

Все остальное можно было пережить.

Мама всхлипнула у двери.

— Нина Алексеевна, — сказала я слабо, — вы обещали.

— Я стараюсь, — ответила она, вытирая глаза.

Артем не улыбнулся. Он смотрел на экран так, будто боялся моргнуть.

— Это из-за вчерашнего? — спросил он врача.

Анна Сергеевна ответила спокойно:

— На таком сроке причин может быть много. Но стресс точно не помогает. Сейчас главное — снизить нагрузку и исключить новые эмоциональные встряски.

Я почувствовала, как Артем напрягся.

— Я понял, — сказал он.