Развод в 40. Генерал, я больше не ваша жена - Виолетта Весна Страница 79

Александр смотрел на меня долго.

— Значит, нравится.

— Александр.

Голос Павла прозвучал рядом.

Я не услышала, как он подошел.

Павел стоял спокойно, с папкой в руке. Не между нами. Чуть сбоку. Так, чтобы разговор перестал быть закрытым, но я не оказалась за его спиной.

— Григорий Павлович готов обсудить программу после завершения встречи, — сказал он. — Если вы планируете присутствовать в качестве его сопровождающего, я попрошу администратора внести вас в список гостей.

Александр медленно повернулся к нему.

— В качестве сопровождающего?

— Да. У нас учет участников. Безопасность и отчетность.

Пауза была почти красивой.

Генерала Царева на входе в фонд предлагали записать как сопровождающего.

Я опустила глаза, чтобы не выдать улыбку.

Александр не улыбался.

— Запишите, — сказал он.

— Света оформит бейдж, — ответил Павел.

— Бейдж?

— У нас все участники с бейджами.

Света, оказавшаяся рядом с регистрационными листами, подняла голову с таким невинным видом, что я почти полюбила ее.

— Александр Николаевич, ваша фамилия и организация?

Александр посмотрел на меня.

Потом на Свету.

Потом на Павла.

И впервые за все время сделал то, чего от него никто не ожидал.

Назвал.

— Царев Александр Николаевич. Частное лицо.

Света записала.

— Спасибо. Бейдж сейчас сделаю.

Частное лицо.

Я не знала, понял ли он сам, что произнес.

Но я услышала.

В этом зале, в этом фонде, рядом с моей работой он был не генералом, не хозяином дома, не мужем, который имеет право забрать меня в разговор.

Частным лицом.

Человеком, которому нужно получить бейдж на входе.

Павел кивнул.

— Спасибо за понимание.

И отошел.

Не победил.

Не унизил.

Просто поставил правило на место.

Александр наклонился ко мне чуть ближе и сказал тихо:

— Ты довольна?

Я посмотрела на него.

— Нет.

— Тогда что?

— Я занята.

И пошла к столу с материалами, потому что у представителя клиники закончились бланки.

До конца встречи Александр больше не подходил.

Он стоял в стороне, говорил с Савельевым, иногда с кем-то еще, смотрел на зал, на Павла, на меня. Не мешал. Но его присутствие все равно тянуло воздух, как тяжелая мебель, которую нельзя вынести, пока гости в комнате.

Я работала.

Не идеально.

В середине второго блока перепутала две папки и отдала Павлу не тот список. Он тихо сказал: «Другой», я исправила. Кофе подали на три минуты позже. Один микрофон сел, волонтер принес запасной. Ветеранский активист все-таки взял слово дольше регламента, и я передала Павлу записку: «Еще две минуты, потом кофе». Павел прочитал, кивнул, мягко завершил выступление.

Система работала.

Я работала.

И Александр видел.

Не жену в красивом платье у камина.

Не женщину за дверью.

Не обиженную девочку.

Сотрудницу, к которой люди подходили с вопросами, и она отвечала.

После встречи Савельев задержался с Павлом в переговорной. Александр остался в холле. Я собирала материалы со стола, когда он подошел снова.

— Ты устала, — сказал он.

— Да.

— Поехали, отвезу.

Не «домой».

Просто «отвезу».

В другой жизни это могло бы прозвучать почти заботой.

— Нет.

Он сжал перчатки в руке.

— Маша, я не собираюсь устраивать сцену. Просто отвезу тебя до квартиры.

— Я сама доеду.

— На автобусе?

— Да.

— С коробками?

— У меня нет коробок.

— С упрямством.

Я посмотрела на него и неожиданно устало улыбнулась.