Лето в Российской империи - Дарья Кузнецова,Виктор Фламмер (Дашкевич),Игорь Евдокимов,Александра Лавалье,Тимур Суворкин,Дарья Эпштейн,Женя Гравис Страница 54

— Ах, ну да, граф, прошу меня простить! – воскликнул Петр Львович, а затем вдруг уставился на Корсакова так, словно видел его впервые. Кажется, его голову посетила некая идея и он явно намеревался попытаться воплотить ее в жизнь. Скорее всего – за счет собеседника. – Скажите, Владимир Николаевич, как у вас со средствами?

— Не жалуюсь, спасибо, – сухо ответил Корсаков.

— А не желаете ли поучаствовать в одном прожекте, сулящем баснословную прибыль?

— Один ваш интерес уже сулит баснословный убыток.

— А он не мой, он покойного Ветошина, – обрадованно пояснил Крутицын. – Поэтому никакие убытки вас не постигнут. Александр Александрович все просчитал.

— Да неужели? А подробности?

— Подробности… – замялся Крутицын. – Я боюсь, что не смогу по памяти…

Владимир просто фыркнул и вышел обратно на крыльцо дома. Петр Львович заторопился за ним:

— Вы не понимаете! Нужно просто еще раз ознакомиться с его планом! Да послушайте же вы! Десять-пятнадцать тысяч рублей. В год! Ух, какая барышня…

Это замечание к Корсакову уже никакого отношения не имело. Крутицын засмотрелся на миловидную девушку в простом, но опрятном платье – очевидно, служанку в одном из барских домов, посланную на рынок.

— Петр Львович, если вы так быстро забываете о деньгах при виде красивой барышни, то с вами тем более опасно иметь дело. Чего же вы хотите от меня? Я здесь в гостях, землей не владею…

— Ссудите мне денег. Тысячи три-четыре. Я верну, с процентами, буквально в следующем году, как только прожект…

— Принесет прибыль? Я в этом очень сомневаюсь. Поищите другого кредитора. Финансы не для вас. Лучше увивайтесь за дамами.

Закончив разговор, Корсаков заглянул-таки к исправнику и напомнил, где его искать, если всплывут новые факты.

V

Солнце нещадно палило, выжигая любые следы прохлады, что могла принести ночная гроза.

Корсаков остановился на границе поля, внимательно осматривая ровный строй колосьев. В земледелии он не понимал ничего, а потому не мог на глаз определить, правильная ли перед ним рожь или же с ней что-то не так, но обращаться к крестьянину с таким вопросом было бы несолидно.

— Значит, здесь вы его нашли? – вместо этого спросил Владимир.

— Точно так, ваше благородие, оттуда ен и вылез! – подтвердил его провожатый.

Корсаков поблагодарил его кивком, а сам подошел поближе к колосьям и присел на корточки. Провел рукой по земле, призывая в помощь дар.

Паника. Сердце колотится и болит так, словно пытается разбиться о ребра. Он бежит. Вокруг – лабиринт колосьев и жар. Краем глаза он видит, как мелькает среди ржи белая фигура. Преследует его. Играет, то приближаясь, то исчезая вновь.

— Любопытно… – пробормотал Владимир себе под нос. Значит, полудницу Ветошин все-таки видел. А вот видели ли ее крестьяне? Он обернулся к провожатому: – Скажи-ка, любезный, а часто у вас так в полях люди млеют?

— Да навроде нет, вашбродь… – ответил крестьянин, стянув с головы картуз и почесав затылок. – Токмо мы ж в поле в полдень и не суемся, чать не дураки!

— Полудницы боитесь? – усмехнулся Корсаков.

— Да какая полудница, господь с вами, что ж мы совсем бескультурье, по-вашему? То ж бабкины сказки! А в такую жарынь в поле не то что полудница – кондратий хватит!

Сказав это, он довольно загоготал.

— Похвальное здравомыслие, – протянул Корсаков. – То есть какой-нибудь местной байки о том, что в полях нечисть водится, ты не знаешь?