Кровный омут - Наталия Лирон Страница 145

«Поэтому и убьет», – послышался безжалостный голос внутри.

Оглядываюсь – рядом со стулом табуретка, на ней эмалированный таз, пластмассовая старая лейка, какие-то миски – вокруг ничего острого и режущего. Ч-черт! Как я могла уронить точилку?!

Что? Что, что?! Мозг отчаянно колотится о безжалостную безысходность пасмурного утра. Что делать? Что же делать?

Боли нет, я изо всех сил дергаю руками – натянуть веревки, ослабить их. Еще… Выдох, вдох…. Гм-м-м… Еще. Во рту соленый привкус крови от прокушенной губы. В крохотном оконце мельтешит свет, пробиваясь сквозь голые ветки.

О чем они говорят там, во дворе? Она ведь не убьет его?! Нет! Она не сможет, я знаю, не сможет. Лютый ужас змеей заполз внутрь. Нет… Нет! Я не потеряю его снова, нет. Такой высокий, такой красивый… мой рыжий смешной мальчишка. Живой.

Дергаю руками снова, снова, снова…

— …аешь что, мам… – Дверь резко распахивается…

Замираю, стараясь не дышать. Воздух между нами такой громкий!

Шаги… идет дальше, в дом.

— Жень, Жека!! – кричит Тоня.

— Ну-у ч-что? – глухо раздается его голос уже из комнаты. – Ну так получилось. У нас первый урок отменили, и мы с Настей решили сгонять домой, она тут не была ни разу…

Дверной скрип, хлопок. Голоса глуше, тише – но все еще слышно. Спина мокрая, пот скатывается по бровям и выступает мелким бисером на висках. Я слышу свое дыхание – громко.

— Ты тоже меня обманула! – Кира переходит на крик. – Как ты, так и я!

Тонин голос теряется в гулком тумане – не разобрать.

— Да ничего такого! Просто хотел показать Насте дом.

— Извините нас, – доносится голос девушки, она стоит ближе всего к дверям.

— Убирайтесь! – выкрик Тони.

— Что с тобой? С чего ты такая? – Кира переходит на ласковые ноты. – Ну ма-а-ам, ну пра-а-а-вда, что такого, я ж норма-а-льно учусь, прогулял бы один день…

— Вы чего сюда приперлись?

— Ты ж сказала, что сегодня приедешь! – выкрикивает он. – Утром! А тут все равно никого нет. И ехать недалеко.

Она собиралась приехать домой утром? Утром?! А я?!

— Вот как приехали, так собирайтесь и уезжайте! – прикрикнула Тоня.

— Мам, – говорит он чуть тише, – может, ты отвезешь нас? Ты ведь тут… или можно мы хоть полчасика посидим, ну я не знаю – чаю выпьем, согреемся. Я тебе слово даю, у меня все уроки сделаны, вот честно, можешь проверить. И я даже литературу закрыл.

Скажи, скажи… скажи еще что-нибудь. Мне хочется слышать его голос снова и снова. Просто слышать. Слышать. Слышать…

— Нет! – резко.

— Ладно-ладно, я просто… Что ты как…

— Дома поговорим. Без свидетелей.

Тишина. Шаги, шаги, шаги…

Веревки натягиваются, впиваются в руки, а затем ослабевают.

— Прости, мам…

Он говорит ей, а у меня катятся слезы по щекам, солоно падая с подбородка на чужой свитер. Нос совсем заложило. «Мам… Мам…»

— Ща дров еще… – дверь распахивается, шаги…

— Жек! Жека!.. – вдогонку кричит Тоня. – Брось, не надо дров!

— Ты ж все равно тут пока! – Его голос. Такой громкий.

Скрип половиц. Близко. Между нами колышется старая цветастая занавеска. Кира…

— Я быстро. Насть, пойдем!

Грохот ботинок по полу. Еще шаги. Тонины, девушки Насти. Тишина.

Раскачиваю стул, тяну веревки. Правая поддается. Сильнее… Еще сильнее. Проступают красные полосы, мне хочется сплющить собственные кости.

Снова грохот – дверь распахнулась.