Убийство в Кьянти - Камилла Тринкьери Страница 56

Покупатель с пармезаном и мортаделлой прошмыгнул мимо Нико, возвращая его мысли к насущному делу, то есть к еде.

— Buongiorno, Энрико. Должно быть, рука ноет после такого марафона нарезки?

— Salve, Нико. – Это был невысокий худощавый мужчина с бледным лицом и полукругом редеющих волос, обрамляющих его голову. – Я начал нарезать, как только стал достаточно высоким, чтобы дотянуться до ручки. После сорока лет привыкаешь. Я приберег для тебя два хлеба с оливками. А вот кусочек мортаделлы для тебя и еще один для собаки.

— Теперь он будет у твоего порога каждое утро. – Нико вышел на улицу, чтобы отдать псу его ломтик, и получил в ответ привычный одинокий взмах хвоста. Нико вернулся внутрь, чтобы попробовать свой ломтик. Мясо было таким нежным, что зубы почти не понадобились. – Спасибо. Это восхитительно! Возьму граммов сто. И немного рикотты[36] на двоих. Хочу попробовать испечь тарт с рикоттой.

Энрико снова занялся мортаделлой.

— Попроси рецепт у Лучианы. У нее хорошо получается.

— Спасибо, так и сделаю, если моя попытка провалится.

— И не жалей мускатного ореха. – Он взвесил продукты, аккуратно упаковал каждый и пробил сумму на старом кассовом аппарате. Нико расплатился.

Передавая сдачу, Энрико поинтересовался:

— Какие-нибудь новости об убитом?

Вопрос удивил Нико, и это было заметно.

Энрико выглядел смущенным.

— Ты нашел тело и тебя видели с Сальваторе, вот мы и решили, что вы работаете вместе. Ты ведь был полицейским, не так ли?

Значит, и это уже не было секретом.

— Я патрулировал улицы, но не имел дела с убийствами. – Почему он продолжал лгать? Риты больше нет. По крайней мере, Тильда заслуживала знать, кем он был на самом деле. Только о вынужденной отставке он предпочел бы умолчать. Пусть об этом знают лишь он, Сальваторе и Даниэль. Нико взял пакет и сдачу. – Что до новостей, тебе придется спросить маршала. До завтра. – Нико раздвинул бисерную занавеску, защищавшую от мух. – Пошли, Хвостик, пора на работу.

На полпути к ресторану ему преградил путь парень Стеллы.

— Можно поговорить с тобой, Нико? – Сегодня лицо Джанни было чем-то омрачено.

— Что-то не так? – поинтересовался Нико.

— Нет. – Джанни нервно провел пальцами по своим кудрям. – То есть да. Мне нужен твой совет. Позволь мне. – Джанни потянулся за пакетом Нико.

Нико почувствовал себя стариком, но все же отпустил пакет. Юноша просто хотел быть вежливым.

— Может, присядем на ступенях церкви? – спросил Джанни. – Подальше от ресторана.

Нико кивнул как можно более ободряюще. Если у Джанни снова проблемы в отношениях со Стеллой, он мог уделить ему пару минут. Тильда рассчитывала, что он поможет с обедом. Нико последовал за Джанни вверх по склону метров пятьдесят до Сант-Аньезе – церкви XIV века, перестроенной почти до основания. Если юноша искал утешения, это было подходящее место.

Джанни не стал садиться.

— Стелла отдаляется от меня, и это разрывает мне сердце на части. Хуже всего то, что я понятия не имею почему.

Нико был не прочь присесть. Он расположился на третьей ступеньке и вытянул ноги. Джанни навис над ним, сунув руки в карманы джинсов. Хвостик отправился исследовать окрестности.

— Присядь, – мягко сказал Нико. – Ты сообщил ей, что не против ее экзамена в музее?

— Да, если она этого хочет. – Джанни плюхнулся рядом. – Она говорит, что эта работа – ее будущее, но есть ли будущее в том, чтобы сидеть в кресле по восемь часов, разглядывая старые картины и отвечая на глупые вопросы вроде: «Эй, мисс, где тут туалет? Я не могу найти картину Боттичелли, куда вы ее дели?» – Он изобразил американский акцент.