Попаданка. Комедия с бытовым огоньком - Елена Саринова Страница 54

— Удов же дрын! — Мирон, резко дернув вожжи, едва от потрясения щучкой не нырнул из брички вон.

Я руками ухватилась за сырую от росы боковушку на сиденье. Нифонтий в образе кота демонстративно хмыкнул, вальяжно сидя на широком лошадином крупе. Именно он, ну, не конкретно зад (то есть круп), а весь впряженный в бричку рыжий конь единственным из нас в этот момент не понял — что за стресс⁈

— Да ты чего⁈

— А, всё равно, Варвара, уже сегодня все узнают.

— Пятиаршинный удов дрын.

— А, ну, тут не матерись! — от нашего слаженного с котом ора Мирон, вдруг вздрогнул, словно от весомого пинка.

Правда, кот еще дополнил тут же, что выражения эти оба логического смысла лишены. И именно данный миг, считаю, стал в осознании действительности для парня ключевым.

Короче, мы очень скоро покатили по дороге вновь. И оставив Мирона у самой кромки еще притихшего по-утреннему леса, к озеру с котом пошли пешком.

Там, на озере Щучьем у дома рыбака тоже было задушевно тихо. Белесый туман тонкой линией висел над самою водой, отсекая собой темнеющие на ближайших берегах кусты. Всё остальное на горизонте еще терялось в дымке, которую вот-вот уже раскрасит сверху солнышком рассвет… Еще чуть-чуть и вот-вот…

— Нифонтий? — осторожно тихо выдохнула я.

— М-мр? — ко-котовьи вопросительно, но тоже тихо, мявкнул тот.

— А к чему такая срочность именно сейчас? Ты не провидец?

— К сожалению, нет, — вздохнул Нифонтий. — Я просто много знаю.

— М-м?

— Хоть и не стар.

— Да кто ж теперь посмеет тебе подобное…

— Не ерничай, Варвара. И с-слушай.

И вот тут я по непонятной, нелогическойпричине напряглась. Через мгновение в воздухе густом и влажном, вдруг что-то вздрогнуло, будто вся масса грузно всколыхнулась враз, и была пронзена заполошным дальним вскриком:

— Акулина! Линочка!.. Акулина-а!

И дальше мир вокруг словно ожил. Внезапным ветром, тряхнувшим со спины моей косой, и вздернувшим подол, туман испуганно рассеялся, и я увидела на самой середине озера пустующую в дрейфе лодку, а дальше на песчаном противоположном берегу невнятное мелькание людей. Один из них, отличительно сверкая рыжиной, сейчас метался и кричал. А потом с разбега прыгнул в воду.

И тут мой фамильяр употребил немецкие слова. Из-за знания языка я поняла, что сие — ругательство. Да и похлеще, чем недавно у Мирона. Ну а потом кот дернулся, в развороте приземлившись с треском лапами в камыш, и выпалил:

— Варвара, надо успевать!

— Тоже нырять? — опешила ответно я.

— Нет! Ты же ведьма! Ты имеешь власть над всеми, кто живет по ту сторону земли! И это твоя, как ты сказала «территория»!

— Черт. А «они»-то кто?

— Сейчас конкретно — здешний водяной! Он с прошлого октября окончательно сдурел! Но… у-ух-х! Мне некогда сейчас всё объяснять! Мы можем не успеть! Давай!

— Что именно?

— Я говорю — ты делаешь за мной!

О, небо! Что за жизнь такая? Пуговицы на этом платье впереди, если нырять, то его можно быстро снять и…

— Вар-рвара! В воду! Только по колено!

О-ох, это, я вам скажу, был дебют… На протяжении всей остальной моей немалой жизни столько всего было. Но! Тогда на Щучьем был дебют. И я еще не знала, что значит выражение «драть за космы водяного»:

— Быстрее руку в воду опускай. Вот так! — блажил мой кот. — У него, у хозяина этой воды, здесь повсюду есть глаза, он знает всё и про всех. А как именно? По своим длинным-длинным космам. Сосредоточься и внимательно смотри! Ты ведьма, у тебя это зрение в крови. И ты увидишь водяные струи-космы рядышком с собой. Они любопытны и безмозглы, а хозяину сейчас не до тебя… Ты видишь их?