Светлейший князь - Роман Злотников Страница 12

Эта гонка проводилась в рамках Первой Всемирной выставки науки, промышленности, искусства и торговли и была одним из ключевых, или, как это сформулировал князь Николаев-Уэлсли, который и был основным организатором гонки, «ударных» мероприятий выставочной программы, призванных показать всему миру высочайший уровень развития Российской империи и навсегда развеять миф о России как об отсталой и дремучей стране.

Этот миф и так уже держался на последнем издыхании, поскольку успехи России в железнодорожном строительстве, международной торговле и промышленном развитии были неоспоримы и очевидны для любого непредвзятого наблюдателя… Да вот только где их, непредвзятых, возьмёшь-то?

Любому человеку свойственно гордиться собственными достижениями, зачастую возвеличивая их на фоне достижений других людей. Именно на этом факторе, например, основано соперничество подростковых банд. Все эти махачи двор на двор, улица на улицу, район на район – они как раз оттуда. А во взрослой жизни наиболее ярко это проявляется в среде фанатов: «Что за мусорная яма это общество «Динамо», ну а яма рядом с ней – это общество «Коней». Выше гордо реет флаг – это общество «Спартак»… И это работает не только для двора, улицы, города, но и для народа и государства. Так что любые оценки «чужих» всегда будут предвзяты… И особенно это наглядно, если эти «чужие» – недавние новички. Ведь Россия вернулась на европейскую арену большой политики совсем недавно – чуть более полутора сотен лет назад. В то время как сами европейцы непрерывно бурлили в этом вареве ещё со времён Карла Великого – то есть более тысячи лет! Да и полтораста лет назад Европа всего лишь начала приглядываться к новичку, а воспринимать его не столько даже равным, а хотя бы заслуживающим внимания начала только около сотни лет назад – где-то со времён Екатерины Великой.

И, пожалуй, только лишь после разгрома Наполеона Бонапарта и взятия Парижа русских начали принимать всерьёз. Ну а последние успехи в области строительства железных дорог и развития промышленности породили уже настоящую ревность. И сильные опасения. Именно этим в первую очередь и была вызвана неприязнь со стороны главных акторов европейской политики – Англии и Франции. Третий из основных игроков – Австрия… то есть ныне Австро-Полония, – который теоретически мог бы выступить на стороне России, поскольку вроде как имел с ней достаточно продолжительную историю союзничества против Османской империи, в настоящий момент сильно ослабел. Пока что не так, как ещё один из прошлых гегемонов – Испания, но по сравнению с теми временами, когда он выступал равным конкурентом той же Франции, весьма значительно… Впрочем, совершенно не факт, что, останься австрийцы в силе, они бы выступили на стороне России. Против этого было много факторов, главным из которых было то, что существенную часть населения Австро-Полонии составляли славяне. И если польские элиты явно были в основной своей массе настроены антироссийски, что, кстати, также не могло не оказывать влияния на отношение к России всего государства в целом, то вот про всех остальных этого сказать было нельзя. Идеи панславизма охватили огромное число славян, грозя «лоскутной империи» скорыми новыми потрясениями, и сильная Россия, совершенно точно, являлась мощным катализатором этих потрясений. Так что Австро-Полония просто из чувства самосохранения должна была проводить политику, направленную на ослабление Российской империи.