Светлейший князь - Роман Злотников Страница 141

Кокрейн смотрел до конца. Молча. Не отрывая от глаза подзорную трубу. А когда пять уцелевших бронированных монстров, оказавшихся бессильными перед русскими снарядами, наконец-то вышли из-под обстрела, медленно отнял трубу от глаза и спокойным жестом сложил её.

— Эглертон, поднимите сигнал. Я хочу видеть у себя всех капитанов этих железных комодов не позже чем через час. Мне надо понять, где мы обздались…

И в этот момент со стороны крепости внезапно послышался гулкий рёв, а затем полыхнуло взметнувшимся пламенем. Командующий резко, со звонким щелчком раздвинул подзорную трубу и вскинул её к лицу, направив на крепость, со стороны которой раздались буквально душераздирающие вопли. Все остальные последовали его примеру. Зрелище, открывшееся их глазам, оказалось не для слабонервных – стройные колонны наступающих войск, которые не смогли разрушить и даже серьёзно поколебать ни дальняя атака мощными шрапнельными ракетами русских, ни их достаточно интенсивный артиллерийский огонь, ни залповая стрельба обороняющихся, в настоящий момент полностью рассыпались и превратились в толпу бегущих людей, среди которых, шатаясь и спотыкаясь, бежало несколько сотен, а то и тысяч горящих фигур. А из-под земли, а также от подножия крепостной стены им в спины продолжали бить длинные огненные струи, поджигающие всё, на что они падали. Что за оружие сотворило весь этот ужас – никто сказать не мог, потому что до сих пор ничего подобного ни одна страна на поле боя не применяла…

— М-да, – негромко произнёс Кокрейн. – Обздались так обздались… Генри!

— Да, сэр!

— Подготовьте приказ лёгким силам – пусть немедленно приступают к снятию минных полей, – после чего развернулся и негромко произнёс: – Господа, мы уходим с Балтики! Увы, мы оказались совершенно не подготовлены к той войне, которую ведут против нас русские. И пока мы не подготовимся именно к ней – делать нам здесь просто нечего…

Но, увы, уйти не получилось. Несмотря на то что Кокрейн приказал буквально бросить как десант, большую часть которого составляли французские войска, так и «эти тихоходные гробы», как он начал с ненавистью называть не оправдавшие надежд оставшиеся бронированные плавучие батареи… Но, когда к утру в выставленных самими коалиционерами минных полях наконец-то были проделаны достаточные проходы, – с противоположной стороны проливов появился русский Балтийский флот. Причём не только уже знакомые и набившие оскомину парусно-винтовые фрегаты типа «Соломбала», но и те, которые позже журналисты назвали «русским ответом на бронированные монстры коалиции».

Когда Кокрейн разглядел в трубу эти корабли – у него засосало под ложечкой. Уж больно сильно они отличались от созданий «передовой» европейской мысли. Во-первых, эти корабли оказались гораздо меньше силуэтом. Что, конечно же, с одной стороны, говорило о гораздо худшей мореходности… но и плавучие батареи ей не очень-то сильно отличались, а с другой – о том, что низкая высота борта обеспечивала куда меньшее число попаданий. Во-вторых, они имели башни, в которых, судя по длине стволов, были установлены те самые русские семи с четвертью дюймов нарезные орудия, которые, как выяснилось после совещания с капитанами плавучих батарей, вскрыли их будто консервный нож банку… Да, для этого потребовались особенные снаряды, обломки которых удалось отыскать в тех батареях, которым посчастливилось уйти от крепости, – более массивные и с ввинтным стальным наконечником, но броня батарей для них оказалась не слишком серьёзным препятствием. Ну а как вы думали – что русские били только по тем, что взорвались? Вовсе нет! По нескольку попаданий получили все. Просто по тем, что взорвались и загорелись, похоже, вёлся сосредоточенный огонь. И, похоже, часть снарядов из тех, которые в них попали, были с зажигательной начинкой. Ну а те, которым посчастливилось уйти, – пока не удостоились подобной «чести»… И вот теперь эти орудия преграждали путь наружу, превращая залив в огромную ловушку для всего флота. Ну и в-третьих – русские корабли оказались заметно быстрее англо-французских бронированных «черепах». Как потом выяснилось – в два с половиной раза! Но и сейчас, когда они, зарываясь в волну из-за низкого носа, приблизились к проходам в минных полях, было явно видно, что их скорость точно превышает пять узлов.