Светлейший князь - Роман Злотников Страница 21

Дома было тихо. Ева Аврора с утра уехала в Зимний готовить к балу императрицу и супругу цесаревича, забрав с собой детей. Наследнику в этом году исполнилось пятнадцать лет, и Ева Аврора убедила Даниила, что мальчика уже пора выводить в свет, ну а остальные и так росли с детьми императора, и Зимний дворец был для них почти таким же родным, как этот дом или заводской особняк в Сусарах. Так что светлейший князь молча скинул на руки дворецкому шинель и, поднявшись по лестнице, быстрым шагом прошёл в свой кабинет. За время торжественного закрытия выставки он немного продрог. Несмотря на то что погода для начала ноября стояла довольно тёплая – по ощущениям к полудню воздух прогрелся градусов до трёх, а то и до пяти, но Николай утром прислал посыльного с повелением одеться понаряднее, так что пришлось натягивать придворный мундир и парадную шинель, а они были весьма тонкими и тепло держали плоховато.

В кабинете Даниил достал из бара штоф с коньяком и, нацедив себе граммов сто, выпил, смакуя. Коньяк был хорош – его имение Абрау-Дюрсо за прошедшие годы изрядно разрослось, так что сейчас там производился весь спектр вин и коньяков – от лёгких столовых до выдержанных и марочных… Налив себе ещё, князь Николаев-Уэлсли вернулся к столу и сел в кресло. Коньяк позволил согреться, а то последнее время Даниил стал каким-то мерзлявым. Хотя по своим собственным меркам он считал себя ещё молодым. Пятьдесят четыре года – это не возраст. В покинутом им двадцать первом веке в этом возрасте женщины ещё вполне рожают, а космонавты в космос летают. Впрочем, сейчас вокруг отнюдь не двадцать первый век, а девятнадцатый… Ладно, раз есть немного времени – стоит прикинуть, как распорядиться тем, что они смогли получить благодаря выставке. И дело было не только в деньгах. Те же корабли, построенные Брюнелем… на линии Лондон – Санкт-Петербург. К настоящему моменту их осталось всего пять штук, остальные же, загрузившись очередной порцией переселенцев в Калифорнию, отбыли в направлении Центральной Америки. И никто пока не догадывался, что после выгрузки переселенцев они двинутся не обратно, в Россию, а спустятся вдоль восточного побережья Южной Америки до Магелланова пролива, по которому перейдут в Тихий океан, после чего поднимутся уже вдоль западного побережья материка до чилийского порта Икике. В этом крошечном городке был построен форт и развёрнут гарнизон Калифорнийской армии, прикрывающий селитряные копи, заложенные ещё Аракчеевым… Не вызывало никакого сомнения, что этот порт и город подвергнутся атаке англичан с французами в будущей войне, и совершенно не факт, что гарнизон сможет отбиться. Даже несмотря на то что в прошлом году в форт были доставлены восемь новейших семи с четвертью дюймов нарезных казнозарядных орудий с хорошо подготовленными расчётами, а гарнизон был усилен. Но даже если и сумеют – всё равно поставки селитры на время войны точно прекратятся. Надо быть полным идиотом, чтобы продолжать ходить по морям, контролируемым британским флотом. Поэтому следовало заранее нарастить запасы селитры. Она – кровь нынешних войн, потому что селитра – основной ингредиент пороха. А её производство в России достаточно дорого и не слишком обильно. Нет, для мирного времени или ограниченных по срокам и масштабам военных кампаний её вполне хватало. Более того, Россия в мирные годы даже торговала селитрой с другими странами. В первую очередь для того, чтобы сохранить высокий уровень производства, заметно превышающий текущий внутренний спрос, и переложить часть бремени содержания избыточных для мирного времени селитряных и пороховых производств с казны на иностранных покупателей. Для этого же, кстати, было принято решение не осуществлять поставки на внутренний рынок и южноамериканской селитры. Потому что даже с учётом очень сложной логистики она выходила слишком дешёвой и её появление на рынке просто разорило бы внутреннее производство. Но та война, которая им предстояла, увеличит расход селитры в разы, а то и на порядок.