Вдова драконьего генерала. Лекарка для его наследника - Диана Фурсова Страница 7

— Открой, — сказал генерал.

Служанка дрожащими руками коснулась двери. Та поддалась без скрипа.

Комната за дверью была большой, но неуютной. Слишком высокая для ребёнка, слишком тёмная, слишком торжественная. На стенах висели тяжёлые гобелены с драконами, у камина горел всё тот же синий огонь, а в центре огромной кровати сидел маленький мальчик.

Он был очень бледным. Тёмные волосы падали на лоб, тонкие плечи прятались под одеялом, пальцы судорожно сжимали край ткани. Но глаза у него были такими же, как у генерала, — золотыми, только без холодной взрослой брони.

Мальчик увидел Лику и перестал бормотать.

Генерал шагнул вперёд.

— Арден.

Ребёнок не посмотрел на него. Его взгляд был прикован к Лике. В нём не было страха, которого она ожидала. Было другое — мучительное узнавание и такая надежда, что у неё перехватило дыхание.

— Ты пришла, — сказал мальчик.

Голос у него был тихий, хрипловатый после долгого плача или сна.

Лика медленно подошла ближе, но остановилась в нескольких шагах от кровати. Она не знала, имела ли право прикасаться к нему. Не знала, что сделала прежняя Элианна. Не знала, почему этот ребёнок звал именно её.

— Я пришла, — сказала она мягко. — Ты меня звал?

Мальчик кивнул. Его маленькие пальцы разжались, и он поднял руку.

На его запястье проступал такой же знак, как у Лики. Только у неё он был похож на потемневшее крыло, а у ребёнка — на тонкую трещину, бегущую по золотому узору.

Генерал за её спиной резко вдохнул.

Лика осторожно присела рядом с кроватью, чтобы быть с мальчиком на одном уровне. Она не стала касаться его руки. Только протянула свою ладонь рядом, открыто, не настаивая.

— Я не причиню тебе зла, Арден.

Мальчик смотрел на неё долго, слишком серьёзно для пяти лет. Потом осторожно вложил свои пальцы в её ладонь.

Знак на её запястье вспыхнул тёплым золотым светом.

Синий огонь в камине погас.

Служанка вскрикнула. Генерал оказался рядом мгновенно, но не оттолкнул Лику. Он смотрел на их соединённые руки так, будто увидел невозможное.

Арден вдруг всхлипнул, но это был не плач от боли. Скорее облегчение, слишком большое для маленького тела.

— Я говорил, — прошептал он. — Я говорил, что она не та.

Лика подняла глаза на генерала.

Тот стоял неподвижно. Его лицо снова стало жёстким, но теперь за этой жёсткостью пряталось что-то опаснее гнева. Понимание.

— Что значит «не та»? — спросил он сына.

Арден крепче сжал пальцы Лики.

— Та была холодная, — сказал мальчик едва слышно. — А эта… эта слышит огонь. Она сможет открыть дверь.

Лика почувствовала, как по коже прошёл новый, уже не ледяной, а горячий холод.

— Какую дверь? — спросила она.

Мальчик посмотрел не на неё и не на отца, а куда-то в тёмный угол комнаты, где гобелен с драконом едва заметно шевельнулся от сквозняка.

— Ту, за которой плачет мама.

Глава 2. Приговор Северного замка

Глава 2. Приговор Северного замка

— Ту, за которой плачет мама.

Слова ребёнка прозвучали так тихо, что Лика сначала решила: ей послышалось. В комнате не было никакой двери в тёмном углу, только тяжёлый гобелен с вытканным драконом, свившимся вокруг башни. Синий огонь в камине погас, и теперь единственным светом оставалось золотое сияние, тонко пульсирующее под кожей на её запястье и на руке маленького Ардена.