Светлейший князь - Роман Злотников Страница 76

— Господа, они преследуют нас прямо по своему минному полю! – после чего развернулся к капитану пароходофрегата и приказал: – Немедленно отрядите офицера, чтобы он зафиксировал фарватер, по которому они следуют… – После чего и сам, не выдержав, достал дорогой блокнот и принялся зарисовывать ориентиры.

Преследование прекратилось через полчаса, когда на помощь улепётывающим кораблям подошли ещё три парохода и парусный фрегат дежурного охранения эскадры. За это время Merlin успел заполучить ещё одно попадание русской бомбы, сбившее грот-мачту и убившее двоих матросов, а также ранившее ещё шестерых и энсина Байерли. Но подобный результат англичан не впечатлил – в таких условиях и на такой дистанции английские канониры точно добились бы не менее четырёх, а то и пяти попаданий! Так что общий вывод, к которому пришли офицеры и команды обоих пароходов, был следующим: пушки у русских мощные – вон какие фонтаны воды поднимали, но стрелять они не умеют. Так что этот эпизод лишь подтвердил непреложную истину, давно известную всем в английском флоте: русские суть сугубо сухопутная нация и к войне на море не способны. Ну надо же было додуматься засунуть столь крупные пушки на такую неустойчивую платформу, как корабль водоизмещением менее тысячи регистровых тонн… Отсюда и результат! А два удачных попадания решено было считать случайными.

Сразу после доклада контр-адмирала Дандаса адмирал Нэйпир собрал военный совет, на котором было решено воспользоваться их оплошностью и рискнуть немедленно, пока русские не спохватились и не переставили мины, пройти обнаруженным фарватером и произвести массированную бомбардировку кронштадтских фортов! После чего дорога на Санкт-Петербург будет открыта. И десант, сейчас находящийся на превращённых в транспорты бывших линкорах «Террибль» и «Дюпре», высадившись на Дворцовой набережной, быстренько захватит резиденцию русского царя – Зимний дворец вместе с ним самим. На чём война и закончится.

А в Кронштадте между тем командующий Балтийским флотом адмирал Корнилов принимал доклад капитана парового шлюпа «Корюшка» лейтенанта Битюцкого.

— Что, сложно было, лейтенант? – по-отечески поинтересовался адмирал, когда тот закончил доклад.

— Очень сложно, ваше превосходительство, – вздохнул тот, – так сложно мазать было – аж душу выворачивало. И мне и матросам. Квартирмейстеру Белоусову даже пришлось в ухо дать, когда он не удержался и засадил-таки супостату…

— Ты мне это брось – матросов бить, – сурово нахмурил брови Корнилов. – Указа императора не читал, что ли?

— Читал, ваше превосходительство, – тут же вытянулся Битюцкий, – да Белоусов и не обиделся. Сам знал, что накосячил…

— И всё равно, – погрозил пальцем лейтенанту адмирал. – А с другой стороны – может, и хорошо. А то мы в глазах англичан совсем уж криворукими получаемся. Могли не поверить…

Объединённая эскадра сдвинулась с места якорной стоянки в половине четвёртого утра – за полчаса до рассвета. Колонну паровых линкоров – главной ударной силы коалиционного флота – возглавлял флагман адмирала Нейпира – стотридцатипушечный «Герцог Веллингтон»!

В четыре пополуночи, когда солнце уже взошло, голова колонны прошла первый условный створ – то есть точку, в которой, судя по записям адмирала Дандаса и ещё двух офицеров, каковым капитан Merlin велел зарисовать маршрут русских паровых шлюпов и береговые ориентиры, начинался проход в минных полях. Русские форты молчали – и «Александр I» справа, и названный в честь его отца и отца нынешнего императора «Павел I» слева. Так же как и выплывающий впереди из рассветной дымки форт «Кроншлот».